Киники основные идеи

ответы на тесты, билеты / ответы на экзаменационные вопросы за 6 семестр / Билет 7

      1. Философия киников

После смерти Сократа некоторые из его слушателей организовали свои собственные школы в различных городах Греции. Одной из таких школ, возникшей в Афинах, была школа киников. Все эти школы получили название сократовских или сократических и каждая из них по-своему решала поставленные Сократом вопросы о высшем благе, о познании, об общих понятиях, о целях практической деятельности человека.

Философия киников представляет собой не только философское учение, но это и особого рода мировоззрение, отношение к жизни, отрицавшее все традиционные ценности благородного свободнорожденного грека, полноправного гражданина полиса. Однако киники не просто отрицают, но всем своим поведением, образом жизни стремятся утвердить новое отношение к жизни: как учат, – так и живут.

Основные идеи, которые утверждались киниками – это идеи естественного равенства всех людей, индивидуализма, свободы, опрощения и бедности, равноправия женщин, космополитизма и др. Наиболее значимым средством распространения своих идей они полагали, прежде всего, действие, поступок, ибо «добродетель проявляется в поступках и не нуждается ни в обилии слов, ни в обилии знаний».

Главное в учении киников – это этика. Этика киников субъективная и волюнтаристская. Она базируется, прежде всего, на свободе воли, на силе духа и незаурядной способности к независимому существованию, на самоограничении. Этика киников ориентирует человека на достижение независимости от общества, которое, как полагали они, налагает на человека чуждые и враждебные ему обязанности. Можно предположить, что в этике киников начинают формироваться первые идеи теории разумного эгоизма.

Киники обосновывают приоритет природы, естественных природных потребностей, где главную роль в определении нормы играет разум, здравый смысл, причем разум ориентирует именно на минимальный уровень потребностей. Киник усматривает норму в своей природе, в человеке, а не в Боге или божественном. Ориентируя человека на достижение счастья, этика киников подчеркивает, что добродетельный и разумный человек презирает роскошь и удовольствия и предпочтет бедность и умеренность. Природа для киников – это единственный учитель и критерий жизни, следовательно, основным условием достижения свободной и счастливой жизни они полагают ограничение потребностей, сведение их до минимума естественных потребностей.

Свое название киникос (собачий) эта философская школа получила от названия гимнасия, где располагалась школа, который именовался «Зоркий пес» или, что вероятнее, из-за образа жизни, который вели философы данной школы. Основатель школы Антисфен (ок. 444 г. до н.э.) первоначально был учеником Горгия, а затем Сократа. Вслед за Сократом он полагал, что счастье заключается в добродетели, а для достижения добродетели достаточно одного лишь желания, силы воли. Добродетель едина для всех, и именно она дает нам счастье, учит он. Однако добродетельные поступки присущи лишь мудрецу, ибо только мудрец и его жизнь выступают критерием добродетели и примером счастья, а таким мудрецом, естественно, может быть только киник. Законы государства и законы добродетели не одно и то же и очень часто противоречат друг другу, следовательно, гражданские и государственные добродетели, по сути, добродетелями не являются. Может ли быть добродетельным государство, которое актом голосования ставит людей невежественных во главе государства и армий? Государство часто не может отличить хороших людей от дурных.

Добродетельная и счастливая жизнь – это, прежде всего и в основном жизнь свободная. Но быть свободным, полагает Антисфен, не значит только не быть рабом. Большинство, считающихся свободными, являются рабами своих потребностей, своих вожделений, своих страстей, претензий на материальное или иное благополучие. Единственный способ стать действительно свободным – это отказ от большинства своих потребностей, сведение их до самого ничтожного уровня, т.е. почти до уровня животного. А что оставалось не гражданам Афин, лишенных благородных предков и состояния? Активная политическая деятельность на государственном поприще для них закрыта, а труд презирается как дело рабов. Остается только философское обоснование добровольной нищеты и утверждение ее в качестве высшей нравственной ценности. Таким образом, киниками производится переоценка всех ценностей.

Но не Антисфен, а его ученик Диоген Синопский (умер ок. 320 г. до н.э) дал своей жизнью образец кинического мудреца. Своим поведением или выходками, выходящими иногда за рамки всяких приличий, он стремился показать превосходство мудреца над обыкновенными людьми, которые, в общем, и целом, заслуживают лишь презрения.

Диоген Лаэртский рассказывает, что однажды Диоген Синопский закричал: «Эй, люди! – но, когда сбежался народ, напустился на него с палкой, приговаривая: «Я звал людей, а не мерзавцев». Говорят, что даже Александр сказал: «Если бы я не был Александром, я хотел бы быть Диогеном». На вопрос, почему люди подают милостыню нищим и не подают философам, он сказал: » Потому что они знают: хромыми и слепыми они, быть может и станут, а вот мудрецами никогда».

Выше всех форм культуры Диоген ставил философию, но философствовал и убеждал, прежде всего, своим образом жизни. Тем, кому нет дела до философии, и жить незачем, полагал он, ибо они, отвергая философию, не заботятся о том, чтобы хорошо жить. Ему же самому философия, по мнению Диогена Лаэртского, давала готовность ко всякому повороту судьбы.

Образ мыслей и действий киников базируется на трех основных понятиях или принципах их философии: аскесиз, апайдеусия и аутаркейа. Аскесис или аскезис – это образ жизни, образ мысли. Но аскезис киников весьма далек от христианского аскетизма (истязание и умерщвление плоти). Аскезис киников – это максимальное опрощение, максимальное ограничение потребностей, это отказ от всяких искусственных, надуманных потребностей. Киники презирают богатство, ибо богатство, по их мнению, аморально, а бедность добродетельна. Богатство, утверждают они, есть источник тирании. В рамках проводимой ими переоценки всех ценностей благородными людьми теперь объявляются те, кто почитает бедность, безвестность и труд. Бедность почитается ими еще и потому, что именно бедность, по их мнению, пролагает путь к философии, ибо то, в чем пытается убедить философия на словах, бедность вынуждает осуществлять на деле.

Апайдеусия – это некоторое состояние необразованности, невоспитанности, которое сопутствует бедности. Однако этого не следует стыдиться, как и бедности. Неграмотность, по их мнению, скорее достоинство, ибо при неграмотности знание живет в сознании, а не на книжной полке. Письменность отчуждает человека от знания, так как знание перестает быть чем-то внутренним и души становятся пустыми. Да и знание само по себе не делает людей лучше. Разве знания учат отличать правду ото лжи? Киники весьма высоко ставят разум, но разум практический, а не теоретический. И здесь их разум смыкается с обыденным сознанием, с житейской мудростью, со здравым смыслом. Задача философии, сообразно с этим, учить, как надо жить.

Аутаркейа (автаркия) – это независимость, самодостаточность и как следствие из нее – свобода. Свобода и есть цель, к которой стремится киник. Автаркия предполагает полную независимость киника от семьи, государства, общества, а отсюда и космополитизм (киник – гражданин мира). Киники сознательно проповедуют идиотизм, т.е. жизнь частного человека, не участвующего в общественных делах, отказ от всяких общественных должностей и т.п. По сути дела киник не хочет того, что ему не дано и недоступно, а кинику, не являющемуся полноправным гражданином города, многое недоступно. Однако подлинный киник и не будет ни к чему стремиться (богатство, образование, должность и т.п.), даже если для него и откроется такая возможность. Истинный философ всегда довольствуется тем, что есть.

Автаркия формирует и определенное отношение к богам. Богов киники не отрицали, но полагали, что достаточно просто знать, что они существуют и не более того. Просить у богов чего бы то ни было – значит нарушать принцип автаркии, разрушать свою самодостаточность и независимость.

Основателем школы считается ученик Сократа Антисфен.

«Философия киников (если только можно было это считать философией в полном смысле слова) зародилась среди бедняков, лишившихся средств к существованию и выбитых из привычной колеи, и явилась иллюзорной попыткой сохранить свободу и достоинство со стороны людей, которых всё меньше и меньше считали за таковых.

Это был тщетный бунт против отживших общественных установлений, стремление противопоставить свой отказ, своё нарочитое пренебрежение роскоши богачей и сытости обывателей, а свою собственную систему взглядов — лжи общепринятых условностей. Киникам казалось насквозь фальшивым и неприемлемым всё — государство, законы, мораль, потому что всё это служило лишь интересам имущих и было чуждо, даже враждебно людям труда и тем вконец обездоленным неудачникам, для которых не находилось даже работы. Киники презирали весь мир, потому что он отвергал их, и предпочитали добровольному рабству свободу всеобщего отказа.

Уже ученик Горгия и Сократа, афинянин Антисфен, «человек с гераклитовским складом ума», проповедовал суровую умеренность жизни, порицая выгодные лишь богатым законы и утверждая, что «труд есть благо». Бедный и больной (он умер от чахотки), Антисфен учил, что жизнь есть деяние, что каждый свободен в выборе пути и имеет право на моральную автономию.

Незаконнорождённый, в драном плащишке (впрочем, скорее назло, чем по бедности), основатель кинизма открыто выражал свое презрение к народному собранию, властям, официальной морали, к приобретательству и накопительству, считая единственно ценным достоянием добродетель — «это орудие, которое нельзя отнять» и «разум — самое прочное из укреплений, ибо его нельзя ни уничтожить, ни предать».

Неряшливого и неимущего, позволяющего себе с пренебрежением отзываться о грандиозных философских системах своих современников, не верящего ни в высшие закономерности, ни в возможность усовершенствования жизни людской, Антисфена прямо-таки не выносил Платон, не признававший права считаться философами за невежами, не понимающими смысл и пользу геометрии и музыки.

И действительно, мир для киников (чуждых всякой трансцендентности) представлялся предельно простым и не слишком привлекательным. Равнодушные к физике и космогонии (что пользы людям от понимания того, что в космосе и в обществе действуют сходные закономерности?), киники признавали только этику. Идеалом им представлялась первобытная дикость, когда свободный от ложных и сковывающих установлений человек противостоял природе и был в то же время её неотделимой частью. Веря в некую скрытую разумность природы, Антисфен и его последователи считали её мерилом всего, утверждая, что истинно человеческая жизнь — это жизнь по природе и люди погубили себя, отойдя от неё.

Киники не делили весь белый свет (в отличие от многих греческих философов) на высших и неполноценных, на эллинов и варваров и, вкусив сполна нелегкой доли неимущих и бесправных, утверждали право на человеческое достоинство в каждом из смертных, будь то бедняк афинянин или же раб, тот самый варвар, к которым Аристотель призывал относиться «как к животным или растениям».

Считая наиболее надёжным образом жизни суровую умеренность, Антисфен учил избегать погони за наслаждениями (что становилось понемногу основным для во всем разуверившейся афинской молодёжи) и с презрением отзывался об Аристиппе из Кирены, поставившем наслаждение в центре своей философии, замечая, что «не к лицу истинному философу жить у тиранов и принимать участие в пресловутых сицилийских пирах. Он должен оставаться на родине и довольствоваться тем, что имеет».

Сам Антисфен старался жить так, как учил: бедно, ни перед кем не заискивая (и даже нарочито показывая своё пренебрежение к демагогам и власть имущим), проводя свои дни в занятиях философией и оставив после себя десять томов сочинений. Последователи его, Диоген и Кратет, считали, что мало в Элладе было мыслителей и мудрецов, равных Антисфену в бесстрастии, самообладании и непоколебимости».

Гончарова Т.В., Эпикур, М., «Молодая гвардия», 1988 г., с. 64-65.

Кроме указанного выше, киники — вероятно, и в силу своего социального происхождения — не признавали абстракций, общих понятий…

Учитывая элементы антиобщественного (часто демонстративного) поведения киников, от названия их школы произошёл более поздний термин «цинизм».

Образ жизни киников явно оказал влияние на формирование образа жизни христианских аскетов.

>Кинизм

Киническая философия

Киническая философия возникла в Афинах как реакция социальных низов свободной бедноты, метеков, вольноотпущенников на ухудшение жизни, усиление политической и экономической неустойчивости на рубеже V — IV вв. до н. э. Ее родоначальником считается Антисфен (ок. 445 — 360 гг. до н. э.), который учил в гимнасии, называвшемся Киносаргом (“Белая собака”). Этот гимнасий за городской стеной предназначался для неафинян. Идеи основанной Антисфеном школы, которая по месту ее существования и по бесприютному образу жизни ее последователей, сходному с собачьим, получила название кинической, широко разошлись по античному миру. Наиболее значительными представителями кинизма наряду с Антисфеном являются Диоген Синопский (ок. 412 — 323 гг. до н. э.), Кратет из Фив (акме — расцвет творчества — падает на 328 — 325 гг. до н. э.), Керекид из Мегалополя (ок. 290 — 220 гг. до н. э.), Дион Хрисостом (ок. 40 — 120 гг. н. э.).

Кинизм представляет собой не только философию, обосновывающую специфическую форму мировоззрения, но и способ жизнедеятельности, для которого характерно неприятие ценностей рабовладельческого общества, его законов, обычаев, традиций и морали. Киники не удалялись от жизни, а наоборот жили среди людей и пропагандировали идеалы внутренней свободы, презрения к богатству, опрощения и бедности, равноправия, космополитизма и другие.

Для киника теория и практика философствования максимально сближены. Эта философия находила своих приверженцев среди людей, осознавших несправедливость общественной жизни, утративших надежду на то, что жизнь можно улучшить общепринятыми средствами, изверившихся в установлениях государства и обещаниях политиков. Кинизм был философией бедных, гонимых и разочаровавшихся, но не утративших желания видеть мир людей иным. Словом, эта философия отражала противоречия в сознании бедноты, она включила в себя достоинства и недостатки тех, чьи интересы она выражала.

К числу наиболее существенных жизненных принципов, распространяемых киниками, относится практическое воплощение философии в жизнь посредством упражнений, сопутствующих неукоснительному следованию избранному жизненному пути. Упражнения при этом делятся киниками на те, что укрепляют тело и на те, что укрепляют душу. Другой жизненный принцип — ограничение своих потребностей в благах, в том числе еде и одежде. Киник стремится максимально освободиться от потребностей и от владения вещами. Грубый плащ, котомка и посох — это единственное его достояние. Третий принцип заключается в стремлении к независимости и самодостаточности, умении довольствоваться своим. Киник бездомен и неприкаян.

Киник ведет деятельную и подвижническую жизнь, направленную на то, чтобы продемонстрировать людям, как неправильно они живут. Легендарный киник Диоген Синопский прославил себя многими причудами. Он “средь бела дня” с зажженной лампой или, как говорят, “днем с огнем” ищет, бродя по многолюдным улицам, хорошего человека, плюет в лицо богатого хозяина, пригласившего его в дом с красивым полом и многочисленными ценными вещами и произведениями искусства, объясняя это тем, что худшего места, куда можно плюнуть, кроме лица хозяина, в доме нет.

Сторонники этой философии считали, что боги дали людям все необходимое, обеспечив им легкую и счастливую жизнь, но люди утратили меру в потребностях и в погоне за ними обретают лишь несчастья. Богатство, к которому стремятся люди, расценивается киниками как источник человеческих бед, оно же рассматривается как источник тирании.

Последователи кинической философии Антисфен, Диоген Синопский и другие противопоставили экономические отношения рабовладельческого общества и отношения морали. Они полагали, что достичь богатства можно лишь ценой моральной деградации, путем обмана, насилия, грабежа, неэквивалентной торговли. Провозглашая, что труд есть благо, они ограничивали в соответствии с индивидуалистическими установками своего времени размеры трудовых усилий лишь достижением минимума материальных средств поддержания личной жизни. Для киника идеал простой жизни, отвечающей природе, фактически оборачивается максимальным опрощением, реализацией требования тотального участия всех членов общества в простом физическом труде связанном с личным жизнеобеспечением.

В социально-экономических воззрениях киников отразился протест обездоленной массы свободного населения в ответ на угнетение, непосильные налоги, несправедливость властей, алчное хищничество и расточительство тех, кто сколачивал громадные состояния и жил праздно в роскоши. Киники в противовес этому выдвинули пренебрежение к жизненным благам, презрительное отношение к собственности и собственникам, негативное отношение к государству и общественным установлениям, пренебрежительное отношение к науке.

Отчаянный подвиг в борьбе с несовершенствами мира со стороны киников означал, что организация хозяйственной жизни, базирующаяся на рабовладении, вступила в непримиримое противоречие с чаяниями обедневших слоев общества.


Киники

О фильме см. Циники (фильм).

Античная философия

Предфилософская традиция (VIII—VII вв. до н. э.)

Акусилай · Гомер · Гесиод · Лин · Мусей · Орфей · Ферекид · Эпименид

Натурфилософия
(VII—V вв. до н. э.) Милетская школа: (Фалес · Анаксимандр · Анаксимен) Пифагорейцы: (Пифагор · Алкмеон Кротонский · Архит · Тимей Локрский · Филолай) Элеаты: (Ксенофан · Парменид · Зенон Элейский · Мелисс) Школа Гераклита (Гераклит · Кратил) Школа Анаксагора (Анаксагор · Архелай · Метродор Лампсакский) Атомисты (Левкипп · Демокрит · Метродор Хиосский)

Вне школ (Эмпедокл · Диоген Аполлонийский)

Софисты
(V—IV вв. до н. э.) Старшие софисты (Протагор · Горгий · Тисий · Антифон Афинский · Продик · Гиппий Элидский · Ксениад)

Младшие софисты (Фрасимах · Калликл · Критий · Ликофрон · Алкидам

Классический период
(V—IV вв. до н. э.) Платоники (Платон · Спевсипп · Ксенократ из Халкидона · Полемон · Крантор · Кратет Афинский · Клеарх) Мегарская школа (Евклид из Мегары · Стильпон · Диодор Крон · Евбулид · Клиномах) Киники (Антисфен · Диоген Синопский) Киренаики · (Аристипп · Арета Киренская · Аристипп, сын Ареты · Феодор-Атеист · Гегесий · Аникерид · Эвгемер) Элидо-Эретрийская школа · (Федон из Элиды · Плистен из Элиды · Менедем) Другие сократики (Главкон из Афин · Кебет · Критон · Симмий · Симон-кожевник · Эсхин)

Перипатетики (Аристотель · Теофраст · Эвдем Родосский · Стратон · Аристоксен · Дикеарх · Клеарх)

Эллинистическая философия
(IV в. до н. э. — V в. н. э.) Стоики (Зенон Китийский · Посидоний · Сенека · Марк Аврелий · Публий Клодий Тразея Пет) Эпикурейцы (Эпикур · Тит Лукреций Кар) п • о • р

Ки́ники (др.-греч. κῠνικοί, от κύων (собака) и/или Κῠνόσαργες (Киносарг, холм в Афинах); лат. Cynici), кинизм — одна из наиболее значительных сократических философских школ. Её родоначальником считается ученик Сократа Антисфен, ярким представителем — Диоген Синопский.

Происхождение

В начале IV в. до н. э. некоторыми учениками Сократа были основаны философские школы. Одной из них стал кинизм. Считающийся её основателем Антисфен Афинский, развивая принципы учителя, стал утверждать, что наилучшая жизнь заключается не просто в естественности, а в избавлении от условностей и искусственностей, в свободе от обладания лишним и бесполезным. Антисфен утверждал, что для достижения блага следует жить «подобно собаке», то есть жить, сочетая в себе:

  • простоту жизни, следование собственной природе, презрение к условностям;
  • умение с твердостью отстаивать свой образ жизни, стоять за себя;
  • верность, храбрость, благодарность.

Таким образом он стремился жить сам и называл себя аплокион (ἁπλοκύων, истинный пёс). От этого слова происходит название школы, кинизм. (По другой версии, название школы происходит от названия места, где находился гимнасий, в котором Антисфен вёл беседы с учениками — Киносарг, Κῠνόσαργες, «Зоркий пёс».) Эта программа Антисфена послужила основой программы всей школы, а на могиле Диогена Синопского был установлен памятник паросского мрамора со скульптурой собаки (в благодарность за то, что он «указал наипростейший путь к жизни»).

Концепция

Когда же кто-то сообщил Антисфену, что его многие хвалят, он спросил: «Что же я сделал дурного?» (D.L. VI 3, 8).

В своей программе кинизм отталкивается от общепринятых взглядов и развивает новые, прямо противоположные существующим, пользуясь методом «негативной филиации идей» (παραχᾰράττειν τό νόμισμα, «перечеканка монеты»). Отдельные элементы, характерные для кинической этики, «носились в воздухе» и встречались, помимо Сократа, например, в философии софистов и у Еврипида. Но специфически эти идеи были оформлены как система именно школой кинизма:

  • Аскесис (ἄσκησις), способность к самоотречению и перенесению трудностей. Аскесис киников — предельное упрощение; предельное ограничение своих потребностей; отстранённость от того, что не является предельно необходимым по функции человека как живого существа; «сила духа, характера».
  • Апедевсия (ἀπαιδευσία), способность к освобождению от догм религии и культуры. Апедевсия киников — отстранённость от культуры и общества. Киники считают, что культура (в частности, письменность) делает знание мёртвым; таким образом, необразованность, невоспитанность и неграмотность считаются добродетелью.
  • Автаркия (αὐτάρκεια), способность к независимому существованию и самоограничению. Автаркия киников — независимость и самостоятельность, отказ от семьи, отказ от государства.

Как пишет В. А. Канке: «Киники считали своим учителем Сократа, но они не смогли по-настоящему продолжить его дело. За основу своей философии они взяли практическую мораль Сократа, присущие ему самообладание, спокойствие, неприхотливость в еде и одежде. Не подкреплённые должным интеллектуализмом, эти нормы практической жизни привели к идеалам самодостаточности человека, апатии и безразличия, дополненным требованиями аскезы, постоянной, иногда тяжкой, тренировки души и тела».

Теория

Основатель школы Антисфен выступал против традиционного со времён элейской школы разделения мира на умопостигаемое («по истине») и чувственное («по мнению») бытие, и таким образом, против учения Платона о бестелесных постигаемых умом «видах», или «идеях».

Реальность общего не существует, а существуют только единичные вещи; понятие есть только слово, объясняющее то, чем вещь бывает или что она есть. Поэтому применение к отдельным предметам общих понятий невозможно; невозможно ни соединение различных понятий (в единстве суждения), ни определение понятий, ни даже противоречие — так как о вещи может быть высказано только суждение тождества (конь есть конь, стол есть стол). Учение Платона об умопостигаемых «видах» несостоятельно, так как восприятию доступен единичный, чувственно воспринимаемый экземпляр вида, но никак не самый «вид» или «идея».

В этом положении заключается принцип мудрости как практического познания блага. Мудрость состоит не в недоступном для человека теоретическом знании. Признаётся только практический разум, интегрированный с житейской мудростью; «правильная» наука считается одним из вреднейших явлений. Истинное благо может быть только достоянием каждого отдельного лица, но никак не общим для многих, а целью добродетельной жизни может быть соответственно не богатство, которое может быть разобщённым, но здоровье (спокойствие, умиротворение и тому подобное). Отсутствие общих «видов» полагает благо как отрешённость от всего, что делает человека зависимым от (иллюзорного) общего: имущества, наслаждений, искусственных и условных понятий.

Этика

Основной задачей философии, утверждал Антисфен, является исследование внутреннего мира человека, понимание того, что́ является для человека истинным благом. Поэтому кинизм не создаёт абстрактных теорий, в отвлечённости от абстрактного стремится к пределу и как система представляет собой комплекс практических идеалов.

Киническая этика исходит из принципиального фронтального отрицания и неприятия морального кодекса среднего индивида. Такая этика, прежде всего, негативна, «перечёркивает» общепринятые ценности и требует «отучения от зла», то есть разрыва с устоявшимися нравственными нормами. Концепция кинической добродетели сводится таким образом к четырём положениям:

  • Натурализм, исходящий из приоритета природы; не из природы-максимума, а из природы-минимума, полагающий низший уровень потребностей и только экономно-необходимую норму потребления.
  • Субъективизм, основанный на «свободе воли»; на силе духа, характера, способности к независимому существованию, самоограничению, самоотречению, перенесению трудностей, освобождению от пут религии, государства, семьи и тому подобного.
  • Индивидуализм, ориентирующий поведение человека на достижение независимости от общества, которое налагает на него чуждые ему и враждебные обязанности, индуцирующие чуждые ему свойства.
  • Эвдемонизм, предполагающий спасение и счастье в неимущести, умеренности, отстранённости, которые естественны для разумного добродетельного человека, понимающего истинную цену вещей .

Таким образом этический идеал кинизма формируется как:

  • крайняя простота, граничащая с докультурным состоянием;
  • презрение ко всем потребностям, кроме основных, без которых сама жизнь была бы невозможна;
  • насмешка над всеми условностями;
  • демонстративная естественность и безусловность личной свободы.

Как сумма, в центре кинической философии находится человек с его естественными заботами. Киник ищет норму в природе человека как вида и индивида, и не ждёт божественных указаний для решения собственной жизни. При этом индивидуалистический протест киников не вырождается в эгоизм, готовый удовлетворять ego одного за счёт других. Индивидуализм киников приводит к принципу внутренней свободы, которая добывается борьбой с самим собой, но не с «социальным злом». Таким образом, отрицание киников не являлось нигилизмом.

Практика

Будучи философией «практической этики», кинизм предполагает, что главным инструментом манифестации этического идеала будет повседневная жизнь его представителей. Основатель школы Антисфен полагал, что добродетели можно научить. В этом отношении Антисфен первым стал вести образ жизни, искусственно подчёркивающий и выделяющий элементы кинической программы на фоне активности общей массы, и имеющий нарочито-демонстративный характер.

Бюст философа-киника в Лувре

Антисфен первым сделал внешними признаками кинической школы такие атрибуты, как сложенный вдвое плащ, который киники носили в любую погоду, посох (чтобы ходить по дорогам и отбиваться от врагов) и сума для подаяний. Образ мудреца вообще, созданный Антисфеном, был далее развит в стоицизме, а по созданному им образу киника (в частности, короткий двойной плащ на голое тело, длинная борода, посох, нищенская сума) киников опознавали на протяжении всей античности.

Особую известность в этом отношении приобрёл ученик Антисфена Диоген Синопский, прославившийся невозмутимой последовательностью, с которой он осуществлял развиваемый им этический идеал. В своих беседах и повседневной жизни Диоген вёл себя как маргинальный субъект, эпатирующий ту или иную аудиторию; но не столько с целью оскорбления или унижения её, сколько из потребности обратить внимание на собственную программу.

Так как кинизм по существу представлял собой благодатную почву для маргинального поведения, вовсе не связанного с философской программой, в среде киников оказалось немало субъектов, расположенных к решению проблем личной рутины посредством антиобщественного поведения. Отсюда неудивительна традиция критики и осмеяния киников, которая сложилась уже во времена основания школы, при Антисфене и Диогене. (Характерно, позднейший термин «цинизм» произошёл от названия школы «кинизм».) Тем не менее, справедливо замечание многих исследователей, считающих, что нарочитую эпатажность и маргинальность считать основной характеристикой всей школы не следует.

Особенную популярность кинизм приобретает в пост-классическую эпоху, в период эллинизма, когда большинство исконно демократических греческих полисов теряют независимость и вынуждены подчиняться чужому и чуждому влиянию. В такой обстановке кинизм со своим пренебрежением и отторжением превозносимого, почитаемого и уважаемого остаётся единственным средством самоутешения для многих людей, лишаемых теперь того, что составляло сущность их жизни.
Как отмечает Полина Гаджикурбанова, Эпиктет, описывая истинного киника, обрядит его в стоические одежды и сделает «сам запылённый вид его… чистым и привлекательным».

Голодные, заросшие, оборванные киники жили в заброшенных домах, пустых пифосах, переходили с единственной сумой за плечами из города в город, проповедуя своё учение и случайным попутчикам, и толпам в больших городах. Однако распространение кинизма в эллинистический период приводит в целом к утрате характерных «острых» элементов программы. Киническая традиция эллинистического периода представлена фигурами, известными скорее своей литературной деятельностью, чем строгостью соблюдения кинического образа жизни. Из них наиболее значимы Бион Борисфенит (III в. до н. э.), создатель кинического литературного жанра диатрибы, и Менипп Гадарский (середина III века до н. э.), творец «менипповой сатиры».

Киническая литература

В своей литературной практике, на первых порах воспринимая и пародируя старые виды и жанры, киники выступили затем с отрицанием установившихся канонов, соединяли различные стили не боясь разрушить «единство» стиля собственного. В литературный язык вводили просторечия и вульгаризмы; в прозу — приемы поэтической речи и стихи; утверждали принцип «серьёзно-смешного», преподнося читателю под видом развлечения и отвлечения «горькую правду жизни».

Смешение разнородного — один из принципов кинической эстетики; эта особенность кинического стиля свидетельствовала о кризисе классической «чистой» эстетики. Выше всего ценя «свободу слова», киники ценили сатиры более прочего. Принцип «естественности» в литературе приводил их нередко к физиологическому натурализму; в мифологии, художественной и народной словесности киники всегда искали поучение, аллегорию, «скрытый смысл», видя в раскрытии последнего главную задачу своей дидактики.

Все кинические жанры (диатриба, мениппова сатира, апофтегма, хрия, письма и др.) полны «примеров». Это свойство кинической литературы связано с сущностью кинизма, предпочитавшего практику, конкретное дело отвлеченным спекуляциям и дедукции. Воспитательную силу живого примера кинизм ставит выше самых красноречивых слов. Поэтому у киников напр. не пользовался популярностью жанр философского трактата. Систему своих взглядов они выводили из конкретных поступков и линии поведения исторических героев и «антигероев» (Геракл, Сократ, Диоген, Крёз, Сарданапал, Александр, Ксеркс и др.). Такой методологией пользовалось и раннее христианство, строя свою философию на житиях и деяниях Христа и апостолов.

Влияние

Идеи кинической этики обнаруживают свою силу ещё в III в до н. э. Киническое учение послужило непосредственным источником стоицизма, в котором был смягчен кинический ригоризм в отношении социальных норм и установлений. Среди кинических подражателей мы встречаем имена многих выдающихся философов-моралистов и поэтов-сатириков (Зенон, Эпиктет, Сенека, Мусоний Руф, Дион Хрисостом, Филон, Варрон, Луцилий, Персий, Ювенал, Гораций, Петроний, Плутарх, Лукиан, Юлиан и другие).

Образ жизни киников оказал влияние на оформление христианского аскетизма, в особенности таких его форм как юродство и странничество.

В историю европейской культуры, при всей парадоксальности и скандальности своей практики и философии, киники вошли как выдающийся пример человеческой свободы и моральной независимости. Они воплотили в себе образ величия духа, пренебрегающего соблазнами чувственной жизни, социальными условностями, тщеславными иллюзиями власти и богатства.

Сохранили и развили традицию философской провокации материалисты Нового Времени, не избежав естественной трансформации «подлинного» кинизма; «голая истина» Диогена трансформируется в культурную революцию; киническое презрение к богатствам, государству и власти превращается у Ницше в «волю к власти», философское обоснование власти. Кинизм нашёл своё отражение и в философии жизни Шопенгауэра, в его учении о бессмысленности и тотальности жизни, а также в способах Шопенгауэра освобождаться от этой тотальности в искусстве и аскетизме.

Экзистенциализм заимствует у кинизма идею противопоставления социального и индивидного бытия, радикальную разорванность этих сфер. Тайна человеческого поведения состоит в его абсолютной необусловленности, спонтанности, индетерминизме. Провокационные акции киников продолжились в леттризме и ситуационизме, ознаменовав начало массового распространения вызывающе-асоциального поведения, присущего контркультуре XX века.

Анекдоты

  • Антисфен, на вопрос почему он так суров с учениками, отвечал: «Врачи тоже суровы с больными». Когда его попрекали, что он водится с дурными людьми, он отвечал: «Врачи тоже водятся с больными, но сами не заболевают». (Эту мысль развил и довёл до предела Диоген, который в ответ на аналогичные вопросы заявлял: «Солнце тоже светит в помойные ямы, но от этого не оскверняется».)
  • Когда Платон рассуждал об идеях и изобретал названия для «стольности» и «чашности», Диоген сказал: «А я вот, Платон, стол и чашу вижу, а стольности и чашности не вижу». (На что Платон, в должном духе противоречия, ответил: «Это понятно, чтобы видеть стол и чашу, нужны глаза, которые у тебя есть; а чтобы видеть стольность и чашность, нужен разум, которого у тебя нет».)
  • Рассказывают, что когда Александр Македонский пришёл в Аттику, то, разумеется, захотел познакомиться с прославленным философом, как и многие прочие. Он нашёл Диогена в Крании (в гимнасии неподалеку от Коринфа), когда тот грелся на солнце. Александр подошёл к нему и сказал: «Я — великий царь Александр». «А я, — ответил Диоген, — собака Диоген». «И за что тебя зовут собакой?» «Кто бросит кусок — тому виляю, кто не бросит — облаиваю, кто злой человек — кусаю». «А меня ты боишься?» — спросил Александр. «А что ты такое, — спросил Диоген, — зло или добро?» «Добро», — сказал тот. «А кто же боится добра?» Наконец, Александр сказал: «Проси у меня чего хочешь». «Отойди, ты заслоняешь мне солнце», — сказал Диоген и продолжил греться. Говорят, что Александр якобы даже заметил: «Если бы я не был Александром, то хотел бы стать Диогеном».
  • Софисту, который силлогизмом доказал ему, что он имеет рога, Диоген ответил, пощупав свой лоб: «Что-то я их никак не найду». Таким же образом, когда кто-то утверждал, что движения не существует, он вставал и начал ходить. А рассуждавшего о небесных явлениях он спросил: «И как давно ты спустился с неба?»
  • Кратет Фиванский, чтобы приучить себя к смирению, ввязывался в склоки: «блудниц он бранил неустанно, приучая этим и себя терпеть поношения». Некого Никодрома, кифареда, в одной склоке он довёл до того, что тот разбил ему лоб; тогда Кратет положил на рану повязку с надписью: «Никодромов опус». А однажды, заступаясь за кого-то перед начальником гимнасия, он ухватил того за ляжки; тот возмутился, а Кратет сказал: «Как? Разве это у тебя не всё равно, что колени?» — насмехаясь также над греческим обычаем умоляя касаться колен собеседника. В Фивах начальник гимнасия за подобную выходку Кратета выпорол, и, когда его уже тащили за ноги, Кратет как ни в чём не бывало продекламировал строку из «Илиады»: «Ринул, за ногу схватив, и низвергнул с небесного прага» (причисляя себя, таким образом, к сонму божеств).

Изречения

Изречения Антисфена:

  • Труд есть благо (в пример Антисфен приводил из эллинов Геракла с его двенадцатью подвигами, из варваров — Кира, трудолюбие которого описано Ксенофонтом в «Киропедии», давая понять, что его современникам и землякам до этого блага далеко).
  • Лучше попасться стервятникам, чем льстецам; те пожирают мёртвых, эти — живых (вообще любимая древними игра слов: κόραξ и κόλαξ, «ворон» и «льстец»).
  • Как ржавчина съедает железо, так завистников пожирает их собственный нрав.
  • Те, кто хочет обрести бессмертие, должны жить благочестиво и справедливо.
  • Братская близость единомыслящих крепче всяких стен.
  • В дорогу надо запасаться тем, чего не потеряешь даже при кораблекрушении.
  • Сдержанность нужнее тем, кто слышит о себе дурное, чем тем, в кого бросают камнями.
  • Все, кто стремится к добродетели, между собой друзья.
  • Не пренебрегай врагами: они первые замечают твои погрешности.
  • Нелепо, отвеивая мякину от хлеба и исключая из войска слабых воинов, не освобождать государство от дурных граждан.
  • Добродетель для мужчины и женщины — одна.
  • Что блаженнее всего для человека? Умереть счастливым.
  • Какая наука самая необходимая? Наука забывать ненужное.
  • Как стать прекрасным и добрым? Узнать от сведущих людей, что надо избавляться от пороков, которые в тебе есть.

Элементы «антиобщественной» программы Антисфена:

  • Безвестность есть благо.
  • В общественной жизни мудрец руководствуется не общепринятыми законами, а законами добродетели.
  • Справедливого человека цени больше, чем родного.

Элементы индивидуальной программы Антисфена:

  • Для мудреца нет ничего чуждого и недоступного.
  • Мудрец женится, чтобы иметь детей, притом от самых красивых женщин.
  • Мудрец не будет избегать любовных связей — ибо только мудрец знает, кого стоит любить.

Сохранились высказывания Антисфена, которые были подхвачены последующими школами как этический образец:

  • Чтобы быть счастливым, достаточно быть добродетельным; научить добродетели человека возможно.
  • Добродетель проявляется в поступках и не требует ни обилия слов, ни обилия знаний; все, кто стремится к добродетели, между собой друзья.
  • Своими соратниками нужно делать людей мужественных и справедливых; лучше сражаться среди немногих хороших против множества дурных, чем среди многих дурных против немногих хороших.
  • Всё дурное считай себе чуждым.
  • Понимание, разумение, знание суть незыблемое; их не сокрушить силой, не одолеть изменой; они должны быть сложены из неопровержимых/доказанных суждений.

Простота киников

Антисфен (ок. 444–370 до н. э.), последователь Сократа, ученик Горгия, критик идей Платона. Основал в Афинах собственную школу. Вел крайне аскетический образ жизни

Философия — очень простая наука, считал основатель школы киников Антисфен Афинский. Никакие сложные умственные построения не нужны, человек просто должен быть как можно ближе к природе. Не нужны ни государства, ни правительства, ни частная собственность, все это только мешает человеку быть счастливым.

Антисфен постоянно критиковал политику, проводимую греческим правительством. Однажды он предложил своим соотечественникам издать указ, по которому все ослы будут считаться конями. На удивленные вопросы, зачем это нужно, он сказал: «Но ведь вы простым голосованием делаете невежественных людей полководцами?»

Самый известный ученик Антисфена, Диоген Синопский, пошел еще дальше. Он сделал свою жизнь демонстрацией идей киников, отказавшись не только от роскоши и излишеств, но от элементарных удобств. Он жил в бочке, из одежды имел только плащ, а питался тем, что ему подавали добрые люди. Как-то придворный философ сказал Диогену, сидевшему на земле с миской чечевицы: «Если бы ты научился прославлять царя, тебе бы не пришлось питаться чечевицей», на что Диоген ответил: «Если бы ты научился питаться чечевицей, тебе бы не пришлось прославлять царя».

Во время посещения коринфа Александр Великий предложил Диогену попросить у него все, что тот ни пожелает. Все, чего хотел философ, чтобы великий правитель перестал заслонять ему солнце.

Слово «киник» переводится как «собака». Почему же эта философская школа взяла себе такое странное название? Киники считали своим идеалом жизнь «подобно собаке» — животному, которое обходится малым и при этом всегда довольно своей судьбой. А еще они ценили такие качества собаки, как верность, смелость и умение постоять за себя и свои интересы. Антисфен называл себя «настоящим псом», а на могиле Диогена его последователи установили скульптуру собаки.

«Обращайся с вельможами, как с огнем: не стой ни очень близко, ни слишком далеко от них» (Диоген)

Теория и концепции киников

Кинизм — практическая философия, главным способом доказать свои воззрения киники считали свой повседневный образ жизни. Для них имело значение только то, что можно увидеть, почувствовать или понять. Антисфен, как и его последователи, критиковал теорию Платона о существовании двух миров. Раз идеальный мир увидеть нельзя, значит, его нет; реален лишь тот мир, в котором мы живем. Все умозрительные теории вредны, считали киники. «Кто достиг мудрости, тот не должен интересоваться науками, книгами, чтобы его не отвлекали посторонние вещи и мнения», — говорил Антисфен.

«Быстрее всего стареет благодарность» (Диоген)

Но все же у школы киников, как и у других философских школ, была своя теоретическая база. В чем же она заключалась? Они провозглашали три основных принципа существования. Первый принцип, аскесис — упрощение и ограничение своих потребностей, доходящее до предела; сила духа и характера, позволяющая обходится малым. Второй принцип, апедевсия — свобода от любых догм: религиозных, культурных, общественных. Культура и образование, считали киники, убивают истинное знание, поэтому идеал — невежество. Третий принцип, автаркия — автономность и независимость. Киникам не нужны ни семья, ни государство, ни другие общественные образования.

«Диоген» (Ж.-Л. Жером, 1860)

Таким образом, в центре философии киников находится человек с его внутренним миром и естественными потребностями. Киники пытаются обнаружить, что для человека является истинным благом, и приходят к выводу, что это — предельная естественность. Человек должен следовать внутренним потребностям и оставаться самим собой.

«Справедливого человека цени больше, чем родного» (Антисфен)
Поделиться ссылкой

Введение

Сократ после себя оставил не только свои собственные философские взгляды, но и наследие, которое отразилось в философствованиях его учеников.

Пятеро из учеников Сократа (Антисфен, Аристотель, Евклид, Федон и, конечно, Платон) стали основателями новых философских школ.

Наиболее отличавшейся от других философских течений стала философия Антисфена, последователем которого был Диоген, достигший расцвета учения.

Название кинического учения произошло от греческого слова «собака» из-за того, что его последователи стремились наиболее упростить жизнь, прийти обратно к истокам человека, к животному началу. Они и вели себя подобающе названию.

Однако, мнения насчет этого учения расходятся,, кто-то считает последователей учения невеждами, которые не могут копнуть глубже первичных потребностей человека, другие считают, что это учение указывает путь к настоящей добродетели.

Цель данного реферата, рассмотреть учение киников с разносторонней позиции. Задачи: попытаться проанализировать философствования последователей учения в разные моменты его существования и указать то, к чему они стремились, какие проблемы их интересовали, а главное, к чему они пришли.

1. Зарождение кинизма, школа Антисфена

На стыке V и IV веков до н.э. в Греции и её колониях возникает множество философских школ, основанных учениками и последователями Сократа.

Фигура, рельефно выступающая среди младших сократиков, это Антисфен, живший в конце V- начале IV вв. до н.э. обучившись вначале у софистов, он стал учеником Сократа уже в зрелом возрасте.

Антисфена привлекала необычайная мощь сократической морали; принципы самодостаточности, самообладания, равенства самому себе, силы духа, выносливости среди любых испытаний, самоограничение до минимума; в этом он отличался от Платона с его логико-метафизическими исследованиями, также воплощавшими идеи Сократа.

До смерти Сократа Антисфен жил в аристократическом кругу своих товарищей — учеников и не проявлял никаких признаков неортодоксальности. Но что-то (то ли разгром Афин, то ли смерть Сократа, то ли отвращение к философским софизмам) заставило его, когда он уже не был молодым, презирать вещи, которые он ценил раньше. Ему ничего не было нужно, кроме простой добродетели. Он был связан с рабочим людом и одевался как они. Он стал проповедовать на улицах и площадях, выражаясь языком, понятным для малообразованных людей. Всю утонченную философию он считал никчемной, все, что можно познать, может быть познано простым человеком.

Антисфен верил в «возврат к природе» и с большим упорством проводил это верование в жизнь. Не должно быть ни правительства, ни частной собственности, ни брака, ни установленной религии. Если не он сам, то его последователи осуждали рабство. Он не был аскетом в полном смысле этого слова, но презирал роскошь и все стремления к искусственным наслаждениям. «Я лучше сойду с ума, чем буду восхищаться», — говорил Антисфен.

Логика Антисфена достаточно упрощена. Мы познаем все через ощущения и описываем их через аналогии. Для сложных вещей нет другого определения как описание простых элементов, из которых они образованы. Задача обучения — в исследовании имен, т.е. в лингвистическом познании. По поводу любой вещи можно лишь утверждать её имя собственное (например, человек есть человек), а значит, формулировать можно лишь тавтологические суждения (тождественность тождественного).

Способность самодостаточности (независимость от вещей и от людей, принцип «ни в чем не нуждаться»), к которой призывал Сократ, доведена Антисфеном до экстремума, а идеал «автаркии» (самовластия, самодостаточности становится целью его философствования.

Радикализируется также сократовский принцип самообладания, как способности доминировать и повелевать своими страданиями и наслаждениями. Удовольствие, по Сократу, само по себе не есть ни благо, ни зло. Для Антисфена оно, — безусловное зло, от коего следует бежать что есть сил. Вот одно из выражений Антисфена: «Если б мне довелось узреть в своих объятиях Афродиту, я продырявил бы её».

Антисфен сражается с общепринятыми иллюзиями, которые созданы обществом, чтобы отнять свободу и упрочить цепи рабства. Он приходит к утверждению, что «недостаток доблести и славы и есть благо».

Мудрец должен жить не по законам города, но «по законам добродетели», и должен отдавать себе отчет в том, что много Богов — «по закону» города, но «по природе» Бог один.

Этика Антисфена требует от человека непрекращающегося усилия над собой, подавления импульсов к наслаждению, отказа от комфорта и роскоши, бегства от славы, непременного условия оставаться в оппозиции к принятым законам. Это напряженное усилие и указывает на благо и тесно связано с добродетелью. Подчеркивая это обстоятельство, высокий смысл понятия сверхусилия, школа Антисфена особенно почитала Геракла и его легендарные подвиги. Это также означало решительный разрыв с общественным образом жизни, ибо высшим достоинством и ценностью объявлялось то, от чего все шарахались.

Таким образом, завещание Сократа Антисфен модифицировал в духе аполитичного индивидуализма. Мало занятый тем, чтобы понравиться элите, он общался без стеснения с преступниками. А тем, кто выговаривал ему по этому поводу, он ответствовал: «и медики общаются с больными, но ведь не перенимают у них лихорадку».

Антисфен основал свою школу в гимнасии Киносарга (что значит, — резвые собаки), отсюда имя — киники. Другие источники называют Антисфена «чистым псом».

2.1 Философские взгляды Диогена Синопского

Диоген Синопский стал символом движения киников. Диоген был старшим современником Александра. Один из источников говорит, что он умер в Коринфе в тот же день, что и Александр в Вавилоне.

Диоген превзошел славу своего учителя Антисфена. Это был молодой человек из Синопа на Эвксине, которого Антисфен невзлюбил с первого взгляда; это был сын менялы с сомнительной репутацией, сидевшего в тюрьме за порчу монеты. Антисфен гнал юношу прочь, но тот не обратил на это внимания. Антисфен побил его палкой, но тот не сдвинулся с места. Ему нужна была «мудрость», и он считал, что Антисфен должен её ему дать. Целью в жизни у него было делать то же, что делал его отец, — «портить монету», но в гораздо более широком масштабе. Он хотел бы портить всю «монету», имеющуюся в мире. Любой принятый штамп фальшив, ложен. Люди со штампом полководцев и царей, вещи со штампом чести и мудрости, счастья и богатства — всё это были низменные металлы с фальшивой надписью.

Диоген решил жить, как собака, и поэтому его назвали «киником», что означает собачий (ещё одна версия происхождения названия школы). Он отвергал все условности, касающиеся и религии, и манер, и одежды, и жилища, и пищи, и приличий. Говорят, что он жил в бочке, но Гилберт Маррей уверяет, что это ошибка: то был огромный кувшин, какие употреблялись в первобытные времена при погребениях. Он жил, как индийский факир, подаянием. Он заявляет о своем братстве не только со всем человеческим родом, но также и с животными. Он был человеком, рассказы о котором собирались ещё при жизни. Широко известен тот факт, как Александр посетил его и спросил, не хочет ли он какой либо милости. «Только не заслоняй мне свет», — ответил Диоген.

Учение Диогена никоим образом не было тем, что мы теперь называем «циничным», как раз наоборот. Он пламенно стремился к «добродетели», в сравнении с которой, как он утверждал, все земные блага ничего не стоят. Он искал добродетель и моральную свободу в освобождении от желания: будьте безразличными к благам, которыми одарила вас фортуна, и вы освободитесь от страха. Диоген считал, что Прометей был справедливо наказан за то, что принес человеку искусства, породившие сложность и искусственность современной жизни.

Диоген не только усилил экстремизм Антисфена, но создал новый идеал жизни необычайной суровости, который на столетия стал парадигматическим.

Выразить всю программу этого философа может одна фраза: «Ищу человека», которую он повторял с фонарем в руках среди толпы и среди бела дня, провоцируя ироническую реакцию. Ищу человека, который живет в соответствии со своим предназначением. Ищу человека, который выше всего внешнего, выше общественных предубеждений, выше даже капризов судьбы, знает и умеет найти собственную и неповторимую природу, с которой он согласен, а, значит, он счастлив.

«Киник Диоген, — свидетельствует античный источник, — повторял, что боги даровали людям средства к жизни, но они ошиблись насчет этих людей». Свою задачу Диоген видел в том, чтобы показать, что человек всегда в своем распоряжении имеет все, чтобы быть счастливым, если понимает требования своей натуры.

В этом контексте понятны его утверждения о бесполезности математики, физики, астрономии, музыки, абсурдности метафизических построений. Кинизм стал наиболее антикультурным явлением из всех философских течений Греции и запада вообще. Одним из наиболее крайних выводов был тот, согласно которому наиболее существенные потребности человека суть животные.

Свободен лишь тот, кто свободен от наибольшего числа потребностей. Киники без устали настаивали на свободе, теряя меру. Перед лицом всемогущих они были на грани безрассудства в отстаивании свободы слова «parrhesia «. «Anaideia «, свобода действия, призвана была показать всю ненатуральность поведения греков. В одном роскошном доме в ответ на просьбу соблюдать порядок, Диоген плюнул в лицо хозяину, заметив, что не видал более скверного места.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *