Стихи про русалок

  • Список стихотворений про русалок
  • Рейтинг стихотворений про русалок

    Стихотворения русских поэтов про русалок

    На родине. Сонет 106. Русалка (Владимир Александрович Шуф)
    — «Приди ко мне! Восходит месяц ранний, Кувшинки спят, чуть движется камыш, И стелет нам серебряные ткани Речная зыбь… Ты медлишь, ты молчишь?» — — «Не верю я!» — «Но слез моих, рыданий Ужели ты не слышишь, не щадишь?» — — «Смеешься ты!» — «То лжет ночная тишь… Я плачу!» — «Нет, то смех звенит в тумане!» — — «Приди ко мне! Светлеют небеса, В траве речной запуталась коса!» — — «Изменишь ты!» — «Люблю, томясь, тоскуя…» — — «Ты холодна!» — «То жемчугом роса На грудь упала…» — «Руку дай, тону я!» — — «О, милый мой! О, счастье поцелуя!».
    Песнь русалки (Алексей Васильевич Кольцов)
    Давайте, подруги, Веселой толпой Мы выйдем сегодня На берег крутой И песнию громкой Луга огласим, Леса молчаливы И даль усыпим. Нарвем мы цветочков, Венки мы сплетем, Любимую песню Царицы споем; А с утром, подруги, Одна за другой Сокроемся в волны Падучей звездой.
    1829
    Русалка под Новый год (Сергей Александрович Есенин)
    Ты не любишь меня, милый голубь, Не со мной ты воркуешь, с другою. Ах, пойду я к реке под горою, Кинусь с берега в черную прорубь. Не отыщет никто мои кости Я русалкой вернуся весною. Приведешь ты коня к водопою, И коня напою я из горсти. Запою я тебе втихомолку, Как живу я царевной, тоскую, Заману я тебя, заколдую, Уведу коня в струи за холку! Ой, как терем стоит под водою — Там играют русалочки в жмурки,- Изо льда он, а окна-конурки В сизых рамах горят под слюдою. На постель я травы натаскаю, Положу я тебя с собой рядом. Буду тешить тебя своим взглядом, Зацелую тебя, заласкаю!
    <1915>
    Русалка (Константин Дмитриевич Бальмонт)
    Если можешь, пойми. Если хочешь, возьми. Ты один мне понравился между людьми. До тебя я была холодна и бледна. Я — с глубокого, тихого, темного дна. Нет, помедли. Сейчас загорится для нас Молодая луна. Вот — ты видишь? Зажглась! Дышит мрак голубой. Ну, целуй же! Ты мой? Здесь. И здесь. Так. И здесь… Ах, как сладко с тобой!
    Русалка (Арсений Александрович Тарковский)
    Западный ветер погнал облака. Забеспокоилась Клязьма-река. С первого августа дочке неможется. Вон как скукожилась черная кожица. Слушать не хочет ершен да плотвиц, Губ не синит и не красит ресниц. — Мама-река моя, я не упрямая, Что ж это с гребнем не сладит рука моя? Глянула в зеркало — я уж не та, Канула в омут моя красота. Замуж не вышла, детей не качала я, Так почему ж я такая усталая? Клонит ко сну меня, тянет ко дну, Вот я прилягу, вот я усну. — Свет мой, икринка, лягушечья спинушка, Спи до весны, не кручинься, Иринушка!
    1956
    Русалка (Федор Сологуб)
    Луна скользит меж легких туч, И дремлет серебристый луч Над спящею землею. Русалке любо выплывать И тихо косами играть Над темною рекою. В воде любуяся собой, Поет русалка под луной. Несутся грустно звуки Томления и муки. Поет русалка, смотрит в даль, Кого-то ждет, кого-то жаль, О ком-то всё тоскует, Кого-то зачарует.
    Русалка (Лев Александрович Мей)
    Софье Григорьевне Мей Мечется и плачет, как дитя больное В неспокойной люльке, озеро лесное. Тучей потемнело, брызжет мелкой зернью — Так и отливает серебром и чернью… Ветер по дубраве серым волком рыщет; Молния на землю жгучим ливнем прыщет; И на голос бури, побросавши прялки, Вынырнули со дна резвые русалки… Любо некрещеным в бурю-непогоду Кипятить и пенить жаркой грудью воду, Любо им за вихрем перелетным гнаться, Громким, звучным смехом с громом окликаться!.. Волны им щекочут плечи наливные, Чешут белым гребнем косы рассыпные; Ласточки быстрее, легче пены зыбкой, Руки их мелькают белобокой рыбкой; Огоньком под пеплом щеки половеют; Ярким изумрудом очи зеленеют. Плещутся русалки, мчатся вперегонку, Да одна отстала, отплыла в сторонку… К берегу доплыла, на берег выходит, Бледными руками ивняки разводит; Притаилась в листве на прибрежье черном, Словно белый лебедь в тростнике озерном… Вот уж понемногу непогодь стихает; Ветер с листьев воду веником сметает; Тучки разлетелись, словно птицы в гнезды; Бисером перловым высыпали звезды; Месяц двоерогий с неба голубого Засветил отломком перстня золотого… Чу! переливаясь меж густой осокой, По воде несется благовест далекой — Благовест далекий по воде несется И волною звучной прямо в душу льется: Видится храм божий, песнь слышна святая, И сама собою крест творит десная… И в душе русалки всенощные звуки Пробудили много и тоски и муки, Много шевельнули страсти пережитой, Воскресили много были позабытой… Вот в селе родимом крайняя избушка; А в избушке с дочкой нянчится старушка: Бережет и холит, по головке гладит, Тешит лентой алой, в пестрый ситец рядит… Да и вышла ж девка при таком уходе: Нет ее красивей в целом хороводе… Вот и бор соседний — там грибов да ягод За одну неделю наберешься на год; А начнут под осень грызть орехи белки — Сыпь орех в лукошки: близко посиделки. Тут-то погуляют парни удалые, Тут-то насмеются девки молодые!.. Дочь в гостях за прялкой песни распевает А старуха дома ждет да поджидает: Огоньку добыла — на дворе уж ночка — Долго засиделась у соседей дочка… Оттого и долго: парень приглянулся И лихой бедою к девке подвернулся; А с бедою рядом ходит грех незваной… Полюбился парень девке бесталанной. Так ей полюбился, словно душу вынул, Да и насмеялся — разлюбил и кинул, Позабыл голубку сизокрылый голубь — И остались бедной смех мирской да прорубь… Вспомнила русалка — белы руки гложет; Рада б зарыдала — и того не может; Сотворить молитву забытую хочет — Нет для ней молитвы — и она хохочет… Только, пробираясь на село в побывку, Мужичок проснулся и стегает сивку, Лоб и грудь и плечи крестно знаменует Да с сердцов на хохот окаянный плюет.
    1850, 25 августа 1856
    Русалка (Николай Степанович Гумилев)
    Посв. А. А. Горенко На русалке горит ожерелье И рубины греховно-красны, Это странно-печальные сны Мирового, больного похмелья. На русалке горит ожерелье И рубины греховно-красны. У русалки мерцающий взгляд, Умирающий взгляд полуночи, Он блестит, то длинней, то короче, Когда ветры морские кричат. У русалки чарующий взгляд, У русалки печальные очи. Я люблю ее, деву-ундину, Озаренную тайной ночной, Я люблю ее взгляд заревой И горящие негой рубины… Потому что я сам из пучины, Из бездонной пучины морской.
    Русалка (Владимир Владимирович Набоков)
    Пахнуло с восходом огромной луны сладчайшею свежестью в плечи весны. Колеблясь, колдуя в лазури ночной, прозрачное чудо висит над рекой. Все тихо и хрупко. Лишь дышит камыш; над влагой мелькает летучая мышь. Волшебно-возможного полночь полна. Река предо мною зеркально-черна. Гляжу я — и тина горит серебром, и капают звезды в тумане сыром. Гляжу — и, сияя в извилистой мгле, русалка плывет на сосновом стволе. Ладони простерла и ловит луну: качнется, качнется и канет ко дну. Я вздрогнул, я крикнул: взгляни, подплыви! Вздохнули, как струны, речные струи. Остался лишь тонкий сверкающий круг, да в воздухе тает таинственный звук…
    13 июля 1919
    Русалка (Михаил Юрьевич Лермонтов)
    Русалка плыла по реке голубой, Озаряема полной луной; И старалась она доплеснуть до луны Серебристую пену волны. И шумя и крутясь, колебала река Отраженные в ней облака; И пела русалка — и звук ее слов Долетал до крутых берегов. И пела русалка: «На дне у меня Играет мерцание дня; Там рыбок златые гуляют стада; Там хрустальные есть города; И там на подушке из ярких песков Под тенью густых тростников Спит витязь, добыча ревнивой волны, Спит витязь чужой стороны. Расчесывать кольца шелковых кудрей Мы любим во мраке ночей, И в чело и в уста мы в полуденный час Целовали красавца не раз. Но к страстным лобзаньям, не зная зачем, Остается он хладен и нем; Он спит — и, склонившись на перси ко мне, Он не дышит, не шепчет во сне!» Так пела русалка над синей рекой, Полна непонятной тоской; И, шумно катясь, колебала река Отраженные в ней облака.
    1832
    Русалки (Александр Фомич Вельтман)
    Картина Ночь. Месяц отражается в Днепре. Над рекой мрачное ущелье. Русалки выносят из воды девушку-утопленницу, разоблачают ее и расчесывают ей косу. Вод лазоревых жилица, Пробудись, краса моя, Наша новая сестрица, Наша светлая струя! К жизни чувствами воскресни, Плавай с нами и резвись, Пой пленительные песни, В пену белую рядись! Наслаждайся негой праздной, — Омут краше всех хором: Обнесен стеной алмазной И унизан жемчугом. Всех, кто жизни шлет проклятья, Пылко, страстно полюби, Замани в свои объятья И в пучине утопи!
    Русалки (Константин Дмитриевич Бальмонт)
    Мы знаем страсть, но страсти не подвластны. Красою наших душ и наших тел нагих Мы только будим страсть в других, А сами холодно-бесстрастны. Любя любовь, бессильны мы любить. Мы дразним и зовем, мы вводим в заблужденье, Чтобы напиток охлажденья За знойной вспышкой жадно пить. Наш взгляд глубок и чист, как у ребенка. Мы ищем Красоты и мир для нас красив, Когда, безумца погубив, Смеемся весело и звонко. И как светла изменчивая даль, Когда любовь и смерть мы заключим в объятье, Как сладок этот стон проклятья, Любви предсмертная печаль!
    Русалочья заводь (Аполлон Аполлонович Коринфский)
    (Из волжских преданий) Под суглинистым обрывом, над зеленым крутояром День и ночь на темный берег плещут волны в гневе яром… Не пройти и не проехать к той пещере, что под кручей Обозначилась из груды мелкой осыпи ползучей… Выбивают прямо со дна, и зимой не замерзая, Семь ключей — семь водометов и гремят не умолкая… Закружит любую лодку в пене их молочно-белой, И погибнет, и потонет в ней любой безумец смелый. Далеко потом, далёко — на просторе на гульливом — Тело мертвое на берег Волга выбросит приливом… Было время… Старожилы речь ведут, и не облыжно, Что стояла эта заводь, как болото, неподвижно; В камышах, огородивших омут чащею зеленой, Семь русалок выплывали из речной воды студеной, — Выплывали и прохожих звали песнями своими Порезвиться в хороводе под луною вместе с ними. И, бывало, кто поддается приворотному призыву Да сойдет к речному логу косогором по обрыву — На него все семь русалок и накинутся толпою, Перекатным звонким смехом заливаясь над водою. Защекотят сестры насмерть гостя белыми руками И глаза ему замечут разноцветными песками; А потом, потом зароют в той пещере, в той могиле, Где других гостей без счету — без числа нахоронили… Клич русалочий приманный услыхал один прохожий, Вещей силой наделенный, прозорливый старец божий, — Услыхал и проклял заводь нерушимым гневным словом, И на берег, и на волны пал туман густым покровом… В тот же миг стал осыпаться по обрыву щебень серый И повис щитом надежным над осевшею пещерой; А русалки так и сгибли в расходившейся пучине, — Семь гремячих водометов выбивают там доныне… Вешней ночью в этом плеске слышны тихие призывы, Внятны робкие моленья, слез и смеха переливы; А под утро над ключами, перед зорькой раным-рано, Семь теней дрожат и вьются в дымном облаке тумана… Конный мимо них несется, не жалея конской силы; Пеший усталь забывает близ русалочьей могилы… И поют ключи, и плачут — слезно плачут в гневе яром, Точно правят панихиды над зеленым крутояром…

    Всего стихотворений: 13

    Количество обращений к теме стихотворений: 3695

  • Тема: Стихи и песни про русалок

    Русалочка
    Мне не важно, что скажут другие.
    Я живу своим сердцем, умом.
    Пусть пророчат завистники злые,
    Что не быть нам с тобою вдвоем.
    Если любишь, то чудо свершится:
    Будет в ноги мой хвост превращен.
    Как смогла я, русалка, влюбиться
    В человека, что в мире земном?
    Просто в море порой одиноко,
    И коралловый холоден сад.
    И когда же мне грустно немного,
    Приплываю смотреть на закат.
    Не узнали меня еще люди,
    Лишь с тобой хочу видеть огни.
    И я верю: мой хвост все же будет
    Превращен в две земные ноги.
    Алла Мелиссова
    29 апреля 2002
    Там, где покой и счастье
    Как приятна тишина,
    Плеск воды и запах моря.
    Где морская глубина,
    Нет ни боли и ни горя.
    Я хочу быть только с ним,
    Разделять и жизнь, и счастье;
    Но в бездонности глубин
    Одинока. И опять я
    Буду звать немой прибой,
    Шелест трав и пенье ветра,
    Потому что я покой
    Обрету лишь с ним, наверно…
    Нет. Точно знаю, что любить
    Предначертано мне свыше,
    И до дна мне не доплыть.
    Но я верю, верю… Слышишь?
    Алла Мелиссова
    23 апреля 2002
    Заколдованная дева
    Будто всходы страшного посева
    Поднялись утесы над водой.
    Здесь ты, заколдованная дева,
    Стережешь обманчивый покой.
    Расплетая золотые косы,
    Ты чаруешь пением своим.
    Налетают прямо на утесы
    Лодки обезумивших мужчин.
    Не щадишь ни молодых, ни старых.
    Новых жертв пучина моря ждет…
    Где же тот, который снимет чары
    И тебя с утеса уведет!?
    Вера Грибникова
    Русалка
    Красавицу вмиг полюбив,
    Опасности все позабыв,
    Гребцы продолжают свой путь
    На них умоляя взглянуть.
    Не слышит Русалка молитв,
    Коварство огнём в ней горит:
    “Ценю лишь свою красоту,
    Все лодки отправлю ко дну.
    Погибнуть, знать, ваша судьба.
    Исполнится ж прихоть моя!
    Уж коль не могу полюбить,
    Топила – и буду топить!”
    И тонут влюбленные вновь,
    Неведома деве любовь!
    Ирина Крутова
    Русалка
    У кого на сердце свалка,
    У кого наоборот,
    А в моей душе русалка
    Поселилась и живет.
    То ли оказала милость,
    То ли выместила злость,
    То ли просто так случилось —
    Поселилась, где пришлось,
    И относится ко мне, как
    К окружающей среде:
    Взбаламутила, что реку,
    Завертев хвостом в воде.
    Ухватив меня за шею,
    Тянет, чувствую, ко дну.
    Утону в своей душе я,
    Видя там ее одну.
    Виктор Шнейдер
    2 марта 1999
    Русалочьи поляны
    Русалки сладко пели,
    Орешник им кивал
    В зеленой колыбели
    Я Деву обнимал
    Отдав заре принцессу,
    Покинул утром плен
    И вышел вон из леса,
    Полураздет и нем
    Сыграет месяц в трубы,
    К оврагу вновь приду
    Ласкать хмельные губы,
    Сжигать дотла звезду…
    Расскажи мне, расскажи
    Про русалочьи поляны
    Покажи мне, покажи
    Родниковые фонтаны…
    Гайворонский Федор
    Русалка
    Мы шли уж третий день подряд
    С утра я выступил в наряд
    И раздувая паруса
    Нам помогали небеса.
    К обеду солнце припекло
    На сон меня разобрало
    И как уж не старался
    Всё же задремался.
    И толь во сне, толь наяву
    Со мной случилось рандеву —
    Услышал я в пучине волн
    Русалок радостный трезвон.
    Открыв глаза, я не поверил им
    Со сна наверно был чумным,
    Ударил поразивший блеск
    Из сотни голых арабеск.
    Вы не поверите друзья
    Русалка смотрит на меня,
    Да так красива, чертовщина
    Похожа прям на херувима.
    Пропала вся моя сноровка,
    Так завлекла меня плутовка.
    Обворожённый красотой,
    Её наивной простотой
    Стоял, боясь пошевельнуться
    И с головою окунуться
    В её прекрасные глаза,
    Объять стан тонкий, как лоза,
    Прижать к груди своей горячей,
    Глотнуть любви животворящей.
    Стоял в мечтах своих витая,
    А время шло неумолимо утекая.
    Вот солнце уж к закату катит
    И сон очарование утратит,
    И запах голубой сирени
    Исчезнет словно тени.
    Оксана Макеева
    Русалка и Дракон
    По синим волнам,что в дали сливаются с небом,
    Встречая рассвет и как свечи солнце гася,
    Меж волн бархатистых плыла белокурая дева
    Печаль и разлуку в пучину и мрак унося.
    Она одинокие волны хвостом рассекала
    И в небо глядела сквозь тучи с надеждой в глазах
    Она так ждала,так любила и просто мечтала
    И вся ее боль отражалась в жемчужных слезах.
    Он в небе парил,разрезая огромные тучи
    И крылья его уносили в кромешный туман
    А горы вокруг становились все выше и круче
    И солнце звало и манило в смертельный капкан.
    Дракон и Русалка,огонь и вода,все смешалось
    Ее уносил океан,его ветер позвал
    Вот только любовь между ними как птица металась
    А рок лишь смеялся и нить между ними не рвал.
    Он долго кружил,она тихо на небо смотрела,
    Он крыльями ветер хлестал и боролся с судьбой
    Вдруг в море упал,подхватив ее нежное тело,
    И к солнцу летя,уносил ее вместе с собой.
    И вот этот миг,миг надежды и счастья свершился
    Они были вместе и вместе летели к мечте
    Волшебный,сказочный мир,словно дверь им открылся
    И слившись с друг другом,они покорились судьбе.
    Он в высь улетал,приблежаясь к палящему солнцу,
    Забыв что она дева моря и там рождена,
    По имени звал он и ждал,что она отзавется,
    Но слышел лишь ветер-русалка давно умерла.
    Огромные крылья от боли его содрогнулись,
    Он вниз устремился ее унося в океан.
    Гигантские волны,как тучи над ними сомкнулись,
    В подводное царство Нептун двух влюбленных забрал
    Дракон и Русалка,огонь и вода-две стихии
    На боль и разлуку любовь их на век обрекла,
    Не быть им счастливыми в нашем изменчивом мире
    Возможность быть вместе,им только лишь смерть принесла….
    Romantika
    Русалки
    Две русалки – он, она
    В фиолетовой пучине
    Достигали моря дна
    По всего одной причине.
    Слишком сильно их сжигала
    Их любовь – язык огня!
    Дно своей прохладой звало,
    Песней призрачной маня.
    И спустились две русалки –
    Он, она – туда, где холод
    На подводные полянки
    Утолить любовный голод.
    Всё прошло, когда стемнело,
    Всё прошло и навсегда;
    Остудила бездна тело,
    Кровь разбавила вода.
    И вернулись две русалки,
    Но уже совсем иными;
    Мне их было очень жалко,
    А они смеялись злыми…
    Мне навеял на стене
    Календарик их портрет;
    Расставание в цене
    Больше, чем любимый свет…
    Анастасия Пракапович
    Русалка
    Ночь тишиною опустилась,
    Под сень дерев сгустилась тьма.
    Сияньем нежным озарилась
    Краса — волшебница луна
    Волшебный свет летит на землю
    Тревожа сон, даря покой.
    Мир отдан чуду в подчиненье
    Благословляющей рукой.
    Луна взглянула в гладь речную,
    Украсив след свой серебром,
    И вод прохладных дочь младую
    Зовет покинуть сонный трон.
    Вздох легкий был лучам приветом;
    Душа прервала сна полет,
    И, облачившись лунным светом,
    Русалка на берег идет.
    Ее встречает песнь цикады,
    И шелест нимф лесных зовет
    Прекрасную дитя наяды,
    Войти к ним в дружный хоровод.
    Но рок печали был ее судьбою,
    Веселью места не дает,
    Неясным призраком с собою
    К уединению ведет.
    И путник, чей удел от бога,
    Шел, привлекаемый бедой,
    Пересеклась его дорога
    С дорогой девы молодой.
    Любовный плен мечты отрада,
    Как воплотившиеся сны,
    Не дремлющим сердцам награда
    На время торжества луны.
    С приходом утренней зарницы
    Поднялся над рекой туман,
    Ослабив волшебства десницы,
    Серебряных лучей обман.
    Русалка в дымке растворилась,
    Сокрывшися в речной воде;
    С любимым с горечью простилась,
    Взяв часть души его себе.
    И вновь забудет свои слезы
    Во власти тягостного сна;
    Любовь останется как грезы,
    Которые так ждет она.
    неизв. автор
    ***
    У лесного ручья вода
    Серебристым огнем запылала:
    Прокатилась по небу звезда
    И на дно его ночью упала.
    Но к ручью меж деревьев и скал,
    С виду старый, невзрачный и жалкий
    Шел волшебник. Звезду подобрал,
    Вставил в перстень и отдал русалке.
    А русалка его по любви
    Подарила кому-то навечно
    И сказала: «Со мною не рви,
    Даже нечисть в любви человечна.
    Если ты позабудешь меня,
    То звезду в тот же миг потеряешь.
    Будешь счастлив до смертного дня,
    Обо мне ж ничего не узнаешь.»
    Пролетают и дни, и года,
    Люди любят, не зная печали,
    И сверкает на небе звезда,
    И ручей словно плачет ночами.

    Русалка плыла по реке голубой,
    Озаряема полной луной;
    И старалась она доплеснуть до луны
    Серебристую пену волны.
    И шумя и крутясь, колебала река
    Отраженные в ней облака;
    И пела русалка — и звук ее слов
    Долетал до крутых берегов.
    И пела русалка: «На дне у меня
    Играет мерцание дня;
    Там рыбок златые гуляют стада;
    Там хрустальные есть города;
    И там на подушке из ярких песков
    Под тенью густых тростников
    Спит витязь, добыча ревнивой волны,
    Спит витязь чужой стороны.
    Расчесывать кольца шелковых кудрей
    Мы любим во мраке ночей,
    И в чело и в уста мы в полуденный час
    Целовали красавца не раз.
    Но к страстным лобзаньям, не зная зачем,
    Остается он хладен и нем;
    Он спит — и, склонившись на перси ко мне,
    Он не дышит, не шепчет во сне!»
    Так пела русалка над синей рекой,
    Полна непонятной тоской;
    И, шумно катясь, колебала река
    Отраженные в ней облака.

    Михаил Лермонтов

    *****

    Русалки сладко пели,
    Орешник им кивал
    В зеленой колыбели
    Я Деву обнимал
    Отдав заре принцессу,
    Покинул утром плен
    И вышел вон из леса,
    Полураздет и нем
    Сыграет месяц в трубы,
    К оврагу вновь приду
    Ласкать хмельные губы,
    Сжигать дотла звезду…
    Расскажи мне, расскажи
    Про русалочьи поляны
    Покажи мне, покажи
    Родниковые фонтаны…

    *****

    На русалке горит ожерелье
    И рубины греховно-красны,
    Это странно-печальные сны
    Мирового, больного похмелья.
    На русалке горит ожерелье
    И рубины греховно-красны.
    У русалки мерцающий взгляд,
    Умирающий взгляд полуночи,
    Он блестит, то длинней, то короче,
    Когда ветры морские кричат.
    У русалки чарующий взгляд,
    У русалки печальные очи.
    Я люблю ее, деву-ундину,
    Озаренную тайной ночной,
    Я люблю ее взгляд заревой
    И горящие негой рубины…
    Потому что я сам из пучины,
    Из бездонной пучины морской.

    Николай Гумилев

    *****

    Лежит корабль в пучине моря,
    В песок уткнув дырявый нос.
    Покрылся плесенью от горя
    И весь кораллами оброс.
    На нем морских ежей орава.
    И рыбки шустрые снуют —
    То влево юркают, то вправо
    Внутри заброшенных кают.
    Большой штурвал — как будто прялка
    Тихонько крутится вперед.
    За ним прекрасная русалка
    Печально песенку поет.

    Дядина Галина

    *****

    Вынырнула русалка
    Ночью на берег-ложе,
    Мокрыми волосами —
    По раскалённой коже.
    Чарами полнолунья
    Правила безоглядно,
    Выкрала поцелуи —
    И уплыла обратно.

    *****

    Мне больше ног моих не надо,
    Пусть превратятся в рыбий хвост!
    Плыву, и радостна прохлада,
    Белеет тускло дальний мост.

    Не надо мне души покорной,
    Пусть станет дымом, лёгок дым,
    Взлетев над набережной черной,
    Он будет нежно-голубым.

    Смотри, как глубоко ныряю,
    Держусь за водоросль рукой,
    Ничьих я слов не повторяю
    И не пленюсь ничьей тоской…

    А ты, мой дальний, неужели
    Стал бледен и печально-нем?
    Что слышу? Целых три недели
    Все шепчешь: «Бедная, зачем?!»

    Анна Ахматова

    *****

    А раньше жили русалки
    В укромных лесных озёрах
    Под сводом воды хрустальной,
    То — синей, то — чёрной-чёрной,

    С глазами холодной стали
    И лисьими волосами,
    С коралловыми устами
    И дивными голосами…

    Скакали на белоснежных
    Лошадках — единорогах,
    Одеждами из омелы
    Смущая друидов строгих…

    Венки из цветов кувшинок
    Плели на Иван Купалу,
    Скрывали в лесных лощинах
    Агат, бирюзу, опалы…

    *****

    Мостки есть в саду, на пруду, в камышах.
    Там, под вечер, как-то, гуляя,
    Я видел русалку. Сидит на мостках, —
    Вся нежная, робкая, злая.

    Я ближе подкрался. Но хрустнул сучок —
    Она обернулась несмело,
    В комочек вся съежилась, сжалась, — прыжок —
    И пеной растаяла белой.

    Хожу на мостки я к ней каждую ночь.
    Русалка со мною смелее:
    Молчит — но сидит, не кидается прочь,
    Сидит, на тумане белея.

    Привык я с ней, белой, молчать напролёт
    Все долгие, бледные ночи.
    Глядеть в тишину холодеющих вод
    И в яркие, робкие очи.

    И радость меж нею и мной родилась,
    Безмерна, светла, как бездонность;
    Со сладко-горячею грустью сплелась,
    И стало ей имя — влюблённость.

    Я — зверь для русалки, я с тленьем в крови.
    И мне она кажется зверем…
    Тем жгучей влюбленность: мы силу любви
    Одной невозможностью мерим.

    О, слишком — увы — много плоти на мне!
    На ней — может быть — слишком мало…
    И вот, мы горим в непонятном огне
    Любви, никогда не бывалой.

    Порой, над водой, чуть шуршат камыши,
    Лепечут о счастье страданья…
    И пламенно-чисты в полночной тиши, —
    Таинственно-чисты, — свиданья.

    Я радость мою не отдам никому;
    Мы — вечно друг другу желанны,
    И вечно любить нам дано, — потому,
    Что здесь мы, любя, — неслиянны!

    Зинаида Гиппиус

    *****

    Как приятна тишина,
    Плеск воды и запах моря.
    Где морская глубина,
    Нет ни боли и ни горя.

    Я хочу быть только с ним,
    Разделять и жизнь, и счастье;
    Но в бездонности глубин
    Одинока. И опять я

    Буду звать немой прибой,
    Шелест трав и пенье ветра,
    Потому что я покой
    Обрету лишь с ним, наверно…

    Нет. Точно знаю, что любить
    Предначертано мне свыше,
    И до дна мне не доплыть.
    Но я верю, верю… Слышишь?

    Мелиссова Алла

    *****

    Довела меня тропинка,
    На закате, до реки…
    Там забавная картинка,
    Рыбу ловят мужики…
    Расставляют дружно сети,
    И беседуют всерьез…
    Написали в интернете,
    Что нашли русалий хвост…

    Говорили без умолку,
    Как русалочку поймать…
    Отвести на барахолку,
    И повыгодней продать…
    Рюмку выпили — другую,
    И уже серьезный спор…
    Кто русалку молодую,
    Понесет к себе во двор…

    Я разделась за кустами,
    Русы косы расплела…
    А потом пред мужиками,
    Из глубоких вод всплыла…
    А на берегу не в шутку,
    В ход пустили кулаки…
    Только за одну минутку —
    Онемели мужики…

    Рты открыли в изумлении,
    И упомянули » мать»…
    Но уже на удивленье,
    Не хотят меня поймать…
    Побросали свои сети,
    И пустились наутек…
    Позабыв об интернете,
    Мчались к дому — кто как мог…

    Я им в след кричу: Постойте!
    -Как же светлая мечта!
    Оплачу вам неустойку!
    А в ответ лишь тишина…
    Хохотала как шальная,
    Будет, что им вспоминать…
    Угодила в сеть, нагая,
    Не русалка — её мать…

    Есаулова Елена

    *****

    Волны летят, разбиваясь о скалы,
    Плещутся рыбы в пучине морской.
    Плавают в море Дельфин и Русалка,
    В танце их кружит безмолвном прибой.
    Ветер над морем свистит, не смолкая.
    Звёздочки светят в небе ночном.
    Дельфин и Русалка, в воде растворяясь,
    Танцуют свой танец Любви под луной.
    Любовный шёпот их чуть еле слышен
    В мерцаньи звёзд, в полночной тишине
    Русалка лишь Дельфином только дышит.
    Нет никого счастливей на земле.
    Пусть кто-то скажет, что они не пара,
    Но танец их так манит волшебством.
    Дельфин к себе Русалку прижимает,
    И между ними властвует любовь!

    Delfik и Ariell

    *****

    Русалка под новый год

    Ты не любишь меня, милый голубь,
    Не со мной ты воркуешь, с другою.
    Ах, пойду я к реке под горою,
    Кинусь с берега в черную прорубь.

    Не отыщет никто мои кости
    Я русалкой вернусь весною.
    Приведешь ты коня к водопою,
    И коня напою я из горсти.

    Запою я тебе втихомолку,
    Как живу я царевной, тоскую,
    Заманю я тебя, заколдую,
    Уведу коня в струи за холку!

    Ой, как терем стоит под водою —
    Там играют русалочки в жмурки, —
    Изо льда он, а окна-конурки
    В сизых рамах горят под слюдою.

    На постель я травы натаскаю,
    Положу я тебя с собой рядом.
    Буду тешить тебя своим взглядом,
    Зацелую тебя, заласкаю!

    Сергей Есенин

    *****

    Две русалки — он, она
    В фиолетовой пучине
    Достигали моря дна
    По всего одной причине.

    Слишком сильно их сжигала
    Их любовь — язык огня!
    Дно своей прохладой звало,
    Песней призрачной маня.

    И спустились две русалки —
    Он, она — туда, где холод
    На подводные полянки
    Утолить любовный голод.

    Всё прошло, когда стемнело,
    Всё прошло и навсегда;
    Остудила бездна тело,
    Кровь разбавила вода.

    И вернулись две русалки,
    Но уже совсем иными;
    Мне их было очень жалко,
    А они смеялись злыми…

    Мне навеял на стене
    Календарик их портрет;
    Расставание в цене
    Больше, чем любимый свет…

    Пракапович Анастасия

    *****

    На самом дне среди кораллов,
    Где никогда никто не плавал,
    В подводном царстве Нептуна,
    Жила русалочка одна.

    Она любила в полнолунье,
    Нырять с дельфинами в лагуне,
    Отборный жемчуг собирать,
    С крутыми волнами играть.

    Однажды море заштормило,
    И юнгу забор волной смыло,
    Русалочка его спасла,
    И на песчаный пляж снесла.

    С тех пор на берег все выходит,
    И с грустью под Луною бродит.
    Все ищет первую любовь,
    И просит помощи богов.

    Юный и прекрасный,
    Принц из моей сказки,
    Помнишь ли простую,
    Русалку молодую?
    Я ищу тебя…

    *****

    Над озером, в глухих дубровах,
    Спасался некогда монах,
    Всегда в занятиях суровых,
    В посте, молитве и трудах.
    Уже лопаткою смиренной
    Себе могилу старец рыл —
    И лишь о смерти вожделенной
    Святых угодников молил.
    Однажды летом у порогу
    Поникшей хижины своей
    Анахорет молился богу.
    Дубравы делались черней;
    Туман над озером дымился,
    И красный месяц в облаках
    Тихонько по небу катился.
    На воды стал глядеть монах.
    Глядит, невольно страха полный;
    Не может сам себя понять…
    И видит: закипели волны
    И присмирели вдруг опять…
    И вдруг… легка, как тень ночная,
    Бела, как ранний снег холмов,
    Выходит женщина нагая
    И молча села у брегов.
    Глядит на старого монаха
    И чешет влажные власы.
    Святой монах дрожит со страха
    И смотрит на ее красы.
    Она манит его рукою,
    Кивает быстро головой…
    И вдруг — падучею звездою —
    Под сонной скрылася волной.
    Всю ночь не спал старик угрюмый
    И не молился целый день —
    Перед собой с невольной думой
    Все видел чудной девы тень.
    Дубравы вновь оделись тьмою;
    Пошла по облакам луна,
    И снова дева над водою
    Сидит, прелестна и бледна.
    Глядит, кивает головою,
    Целует издали шутя,
    Играет, плещется волною,
    Хохочет, плачет, как дитя,
    Зовет монаха, нежно стонет…
    «Монах, монах! Ко мне, ко мне!..»
    И вдруг в волнах прозрачных тонет;
    И все в глубокой тишине.
    На третий день отшельник страстный
    Близ очарованных брегов
    Сидел и девы ждал прекрасной,
    А тень ложилась средь дубров…
    Заря прогнала тьму ночную:
    Монаха не нашли нигде,
    И только бороду седую
    Мальчишки видели в воде.

    Александр Пушкин

    *****

    Однажды я, как назло,
    Чуть в речке не завязла!

    Я, как по острым стеклам,
    Вскарабкалась на берег,
    Кричу, что я утопла,
    А мне никто не верит.

    С меня потоки льются,
    А девочки смеются.

    Я в тине, как в зеленке,
    Себя мне стало жалко,
    И я одной девчонке
    Шепнула: — Я русалка.

    Девчонка поглядела:
    — Тогда другое дело!

    Агния Барто

    *****

    На маленькой речке
    Есть омут волшебный,
    Живет там Русалка одна.
    И ноченькой летней
    Кувшинки вплетает
    Ей в косы подруга Луна.

    Милли-Адель

    *****

    Лорелея

    Не знаю, что стало со мною
    Печалью душа смущена,
    Мне все не дает покоя
    Старинная сказка одна.
    Прохладен воздух. Темнеет,
    И Рейн уснул во мгле.
    Последним лучом пламенеет
    Закат на прибрежной скале.
    Там девушка, песнь распевая,
    Сидит на вершине крутой.
    Одежда на ней золотая,
    И гребень в руках золотой.
    И кос ее золото вьется,
    И чешет их гребнем она,
    И песня волшебная льется,
    Неведомой силы полна.
    Охвачен безумной тоскою,
    Гребец не глядит на волну,
    Не видит скалы пред собою —
    Он смотрит туда, в вышину.
    Я знаю, река свирепея,
    Навеки сомкнется над ним.
    И это все Лорелея
    Сделала пеньем своим.

    Генрих Гейне
    (Перевод Левика)

    *****

    Прекрасная песня среди океана,
    Одиноко скала возникает средь вод.
    Песнь прорывает преграды, туманы
    На этой скале русалка живёт.

    Прекрасна, как чудо! Красива, как солнце!
    Но кто попадёт к ней, никогда не вернётся.
    Завлекает и топит чудесная дева
    Моряков — одиноких, серьёзных мужчин.
    И тут не спасёт даже веточка древа,
    И выхода нет, остаёшься один.

    Храбрый моряк бороздил океан,
    Но тут ведь скала, а значит обман.
    Русалка запела призывную песню.
    В ней пелось, что очень хочет быть вместе.

    Несчастный моряк откликнулся ей.
    И бросился в воды, очарованный песней,
    Но в ней уже слышались капельки мести.
    Вода холодна и трудно дышать.
    Взмахи руками… Опять и опять…
    Спирает дыханье и трудно грести…
    Утонул… Моряка уже не спасти.

    *****

    Я бежал по траве жаркой, летней порой
    и заметил Русалку в реке, под горой.
    Восхищался лицом, любовался косой,
    золотистой змеей вился локон крутой.

    Затуманился синий, волнующий взгляд,
    губы, как лепестки, ярче ягод горят.
    Я смотрел в неземные глаза-зеркала
    и земля из под ног у меня уплыла.

    Мне бы мимо пройти, мне бы дальше бежать!
    Я же в реку вошел, стал ее целовать.
    Шаловливый Амур меня ранил стрелой,
    в тот же вечер принес я Русалку домой.

    Никого я нежнее ее не встречал,
    я лелеял ее, я ее ублажал.
    Светит в небе луна, мне не хочется спать,
    я готов до утра с ней в бассейне нырять.

    Словно шелк за Русалкой струится коса,
    как у кошки сверкают загадкой глаза.
    Приоделась в восточный, прозрачный наряд.
    И, кокетливо щурясь, зовет меня в сад.

    Старый сад и цветы окружают мой дом,
    я растаял от ласк, я забыл обо всем.
    Танец вечный в постели нам мне с ней танцевать,
    но откуда взялась? Не могу я понять.

    Артемьева Ирэна

    *****

    Волны ласково что-то шепчут,
    Как мне в детстве когда-то пели,
    Обнимают меня за плечи
    И качают, как в колыбели…

    Мне бы броситься ввысь, как чайка,
    Утонуть в океане неба,
    Чтоб тебя не искать отчаянно
    Среди волн бесконечных… Мне бы…

    На щеках солёные капли,
    Может, брызги, а может, слёзы…
    Тонет сердце моё — кораблик,
    Рваными парусами — грёзы…

    …Ночь раскинула звёздные сети,
    Ловит души… Бери, не жалко!
    Пусть никто не узнает на свете,
    Как печальна любовь русалки…

    Усачёва Светлана

    *****

    Белый ландыш под сенью тенистой,
    Так пленяет, неслышимый, звон…
    Перезвон, серебристо-душистый,
    Навевает, несбывшийся сон…

    На душе почему-то тревожно,
    Потерял, что то я, не не найти…
    Не дошёл, но дойти ещё можно…
    Только вот… Я не знаю пути.

    И пленяя, плывёт, неизвестность,
    Удушающе-сладкий дурман…
    Пеленой укрывает окрестность…
    Изумрудно-зелёный туман…

    Где-то солнце, в выси, за листвою,
    Скачут зайчики, день то какой!
    Очарован мечтой колдовскою!
    Очарован, русалка, тобой!

    полёт дракона

    *****

    Красавицу вмиг полюбив,
    Опасности все позабыв,
    Гребцы продолжают свой путь
    На них умоляя взглянуть.
    Не слышит Русалка молитв,
    Коварство огнём в ней горит:
    «Ценю лишь свою красоту,
    Все лодки отправлю ко дну.
    Погибнуть, знать, ваша судьба.
    Исполнится ж прихоть моя!
    Уж коль не могу полюбить,
    Топила — и буду топить!»
    И тонут влюбленные вновь,
    Неведома деве любовь!

    *****

    Солёные-солёные
    Глаза твои зелёные,
    Выплескиваясь морем
    На щеки-берега
    Волной блестящих рыбок,
    Пленительных улыбок,
    И стайками резвящихся
    На зависть рыбака.

    Спущусь на дно морское я,
    Усыпанное сказками,
    Натешусь вдоволь играми
    В русалочьем плену:
    Заманчивыми песнями,
    Смертельными их ласками,
    Опутаю интригами
    И украду одну.

    Зелёные-зелёные
    Глаза её влюблённые,
    В сетях моих запуталась,
    Сверкая чешуёй,
    И превратилась в статую
    Русалка удивлённая,
    Но даже в камне чувствую
    Я огонёк живой.

    С травой переплетается
    Волна волос игривая,
    В глазах застывших зарево
    И моря бирюза.
    Не зря, клянусь я рифами,
    Что на неё позарился.
    Чарующее тАинство —
    Зелёные глаза…

    Ольга Росс

    *****

    Мне не важно, что скажут другие.
    Я живу своим сердцем, умом.
    Пусть пророчат завистники злые,
    Что не быть нам с тобою вдвоём.

    Если любишь, то чудо свершится:
    Будет в ноги мой хвост превращён.
    Как смогла я, русалка, влюбиться
    В человека, что в мире земном?

    Просто в море порой одиноко,
    И коралловый холоден сад.
    И когда же мне грустно немного,
    Приплываю смотреть на закат.

    Не узнали меня ещё люди,
    Лишь с тобой хочу видеть огни.
    И я верю: мой хвост всё же будет
    Превращён в две земные ноги.

    Мелиссова Алла

    *****

    У кого на сердце свалка,
    У кого наоборот,
    А в моей душе русалка
    Поселилась и живет.

    То ли оказала милость,
    То ли выместила злость,
    То ли просто так случилось —
    Поселилась, где пришлось,

    И относится ко мне, как
    К окружающей среде:
    Взбаламутила, что реку,
    Завертев хвостом в воде.

    Ухватив меня за шею,
    Тянет, чувствую, ко дну.
    Утону в своей душе я,
    Видя там ее одну.

    Шнейдер Виктор

    *****

    Она, свои скрывая груди
    И лоно зыбким тростником,
    На мир, где колдовали люди,
    Смотрела из реки тайком.
    Ей был понятен их веселий
    И их забот вседневный строй
    Призыв пастушеской свирели,
    Костер рыбачий под горой.
    Она любила хороводы
    И песни дев издалека,
    Когда ложилась мгла на воды
    И стыла темная река.
    А в день весенних водосвятий,
    Из-под воды едва видна,
    Как речь таинственных заклятий,
    Молитвы слушала она.
    Когда же рой детей, купаясь,
    Шнырял по вспугнутой реке,
    Она звала их, откликаясь
    На непонятном языке.
    Но, видя проходящих парней,
    Вечеровой порой, в тиши,
    Еще нежней, еще коварней
    Смеялась, зыбля камыши.

    Валерий Брюсов

    *****

    Если можешь, пойми. Если хочешь, возьми.
    Ты один мне понравился между людьми.
    До тебя я была холодна и бледна.
    Я — с глубокого, тихого, темного дна.

    Нет, помедли. Сейчас загорится для нас
    Молодая луна. Вот — ты видишь? Зажглась!
    Дышит мрак голубой. Ну, целуй же! Ты мой?
    Здесь. И здесь. Так. И здесь… Ах, как сладко
    с тобой!

    Константин Бальмонт

    *****

    Под хрупкой плоскостью зеркальности озёр,
    За гранью влажного таинственного плена
    Живёт, способная разжечь страстей костёр,
    Наяда нежная… опасная сирена.

    С лицом прекраснее, чем бледный лунный лик,
    С очами жгучими, манящими сильнее,
    Чем звёзды нА небе… но вкрадчив дивный миг
    Пленительной улыбки юной Феи.

    Так строен стан её, и так прозрачно-бел,
    И разметались волосы волнами…
    И нитки жемчуга в них Бог Озёр продел,
    И пальцы тонкие украсил перстенями.

    Блеснёт её наряд, обманчиво-игрив,
    Меж бледных красок изумрудом чистым,
    Как неожиданно-утОнченный мотив
    Вдруг сложенный из жемчугов лучистых.

    Под зыбью синих волн, в полночной тишине,
    Средь раковин и трав, меж серебристых рыб,
    Средь таинств новых лун, меж призрачных огней
    Рождается напев… который не погиб…

    Бездонна ночи тьма… неведомо-маняща…
    Что затаила гладь озёрного стекла?
    И пленник, ищущий былое в настоящем,
    Вновь верит в Фею, что его звала.

    Так в этой влажной светлой глубине,
    Где травы призрачны… растут, в узор сплетаясь,
    Русалка бледная играет на лютне,
    Своим мечтам и мыслям улыбаясь.

    *****

    Пред тобою, мой принц, я немая русалка,
    Никогда я тебе не скажу о любви,
    И тебе никогда меня будет не жалко
    От того, что изранились ступни в крови,

    От того, что платить буду страшной ценою
    За твою нелюбовь, за вспененную смерть,
    И за то, что корабль за лентой прибоя
    Наконец обретет жалом якоря твердь.

    Ты меня не узнал, и ошиблась удача,
    И судьба не твоя обручилась кольцом,
    Я на свадьбе стою одиноко и плачу,
    И гляжу побледнело в чужое лицо.

    Я рассыпалась пеной в Венерином храме,
    Афродита пришла, чтобы жребий принять.
    День любви был один, целой жизни он равен,
    И тебе удалось мою душу распять.

    Я тебя не корю, не молю о пощаде,
    Хоть у сказки моей и печальный конец,
    Я на муки пошла лишь тебя только ради,
    Ты надел мне не мой, а терновый венец.

    Пред тобою, мой принц, я немая русалка,
    Я от сказки лишь тень, я преданье времён,
    Твои дети заплачут, им будет так жалко,
    То, что я им не мать, ход судьбы изменён.

    Горюнова Ирина

    *****

    У лесного ручья вода
    Серебристым огнем запылала:
    Прокатилась по небу звезда
    И на дно его ночью упала.

    Но к ручью меж деревьев и скал,
    С виду старый, невзрачный и жалкий
    Шел волшебник. Звезду подобрал,
    Вставил в перстень и отдал русалке.

    А русалка его по любви
    Подарила кому-то навечно
    И сказала: «Со мною не рви,
    Даже нечисть в любви человечна.

    Если ты позабудешь меня,
    То звезду в тот же миг потеряешь.
    Будешь счастлив до смертного дня,
    Обо мне ж ничего не узнаешь.»

    Пролетают и дни, и года,
    Люди любят, не зная печали,
    И сверкает на небе звезда,
    И ручей словно плачет ночами.

    *****

    Я не искал нигде, я сам написал
    Русые локоны, нежным, южным ветром трепало
    Солнце, падая в море, золотом их украшало
    От лучей хитро щурясь, задорно губки кусала
    В теплом море нежась, Русалка, волнами играла

    Хрустальными брызгами, волны нежно ласкали
    Разбиваясь, об пальчики, шепча на брег убегали
    Размывая белый, мягкий песок оставляли свой след
    Стирая Русалки слова, не давая хоть какой-то ответ

    Веточкой ивы, Русалка, желание свое загадала,
    Написав на песке, что бы море с волнами узнало
    Солнце скрылось в пучине, окрасив небо в багрянец
    На щеках у Русалки, оставив манящий румянец

    Море стихало, рыбки устроили задорные танцы
    Чайки смолкли, вечерние птахи запели романсы
    Русалка с грустью в глазах, смотрела вслед солнцу
    Бог Ра подарил, румянец на щечках, на плечиках бронзу

    Желание Русалки, вода, как рукой, волной приняла
    Не надо Русалке, ни злата, брильянтов, зачем жемчуга
    Три слова заветных «Любовь, нежность и верность»
    Посейдона просила в подарок, превратить в бесконечность

    Желание, Бог моря, узнав, позвал Купидона с Амуром
    «Ступайте к Русалке, дайте, что просит» — сказал он им хмуро
    Боги Любви, лук и стрелы собрали, помчались тот час
    На берег, к Русалке, желание исполнить и Посейдона приказ

    Русалка сидела на холодном песке, глядя на звездное небо
    Мечтала о том, любовь сейчас с нею, рядышком где-то
    Купидон и Амур, покружив над её головой, белокурой
    Полетели искать, исчезая вдали чуть заметной фигурой

    Через синее море, на том берегу, нашли они, то, что искали
    Стрелой любви, Купидон и Амур, в одинокое сердце попали
    Великая сила любви, путь проложила им навстречу друг другу
    Так и встретили золотистый рассвет, крепко взявшись за руку.

    *****

    Песни русалок
    (из драмы «Святая кровь»)

    — 1 —

    Мы белые дочери
    озера светлого,
    от чистоты и прохлады мы родились.
    Пена, и тина, и травы нас нежат,
    легкий, пустой камыш ласкает;
    зимой подо льдом, как под теплым стеклом,
    мы спим, и нам снится лето.
    Всё благо: и жизнь! и явь! и сон!

    Мы солнца смертельно-горячего
    не знаем, не видели;
    но мы знаем его отражение, —
    мы тихую знаем луну.
    Влажная, кроткая, милая, чистая,
    ночью серебряной вся золотистая,
    она — как русалка — добрая…
    Всё благо: и жизнь! и мы! и луна!
    но мы знаем его отражение, —
    мы тихую знаем луну.
    Влажная, кроткая, милая, чистая,
    ночью серебряной вся золотистая,
    она — как русалка — добрая…
    Всё благо: и жизнь! и мы! и луна!
    У берега, меж камышами,
    скользит и тает бледный туман.
    Мы ведаем: лето сменится зимою,
    зима — весною много раз,
    и час наступит сокровенный,
    как все часы — благословенный,
    когда мы в белый туман растаем,
    и белый туман растает.
    И новые будут русалки,
    и будет луна им светить, —
    и так же с туманом они растают.
    Всё благо: и жизнь! и мы! и свет! и смерть!

    — 2 —

    Вода в камышах колыхается.
    В небе загорелись зеленые звезды.
    Над лесом луна подымается.
    Смотрите, сестрицы, гаснут звезды!
    Туман, как живой, извивается…
    Туман — это наша душа водяная.
    Он редеет и, тая, скрывается…
    Туман — наша жизнь и наша смерть водяная.
    В эту ночь все мы живы да радостны,
    веселье наше — как лунный свет.
    Давайте ж, перекликнемся,
    все друг дружке голос подадим!

    Мы, озерные, речные, лесные,
    долинные, пустынные,
    подземные и наземные,
    великие и малые
    мохнатые и голые,
    все друг дружке о себе знать дадим!
    О-йе! О-йе!
    Отвечайте, братцы!
    Отвечайте, сестрицы!

    Зинаида Гиппиус, 1901 год

    *****

    Русалка на камне прибрежном сидела,
    И волосы русые с плеч ниспадали,
    Морская волна ей тихонечко пела,
    Ей ветры морские лицо обдували.
    Бела её кожа, блестящи чешуйки,
    Глаза голубые и сочные губы,
    Текут по плечам волос длинные струйки,
    В улыбке открыты красивые зубы.
    Не вызовут в сердце желания пламень
    У этой русалки ни пахарь, ни воин,
    А если случится, что влюбится на день,
    На утро поймёт, что никто не достоин
    Её белой кожи и блеска чешуек,
    Груди, и волос, и хвоста с позолотой.
    И слушает песню, рождённую в шуме —
    Сидит за своею извечной работой.
    И годы текут, как морские теченья:
    Русалка недвижна на камне холодном.
    В душе её нет ни любви, ни сомненья,
    Как нет ничего в океане свободном.

    В рыбацком посёлке, среди многих прочих,
    Был парень красивый, хоть бедно одетый,
    И многим девицам дурманил он очи,
    Но жил он, лишь матерью старой согретый.
    Его не будили украдкою взгляды
    И сладкие губы прелестных красавиц,
    Влюблён он был в гор голубые громады,
    И море не мог он надолго оставить.
    Не знал он любви и не ведал мучений,
    Ничьими глазами не был очарован,
    И годы текли, как морские теченья,
    К которым навеки был парень прикован.
    Он утром обычным отправился в море,
    А волны плескались о борт его лодки.
    Плыла она, с встречным течением споря.
    Над ней стая чаек драла свои глотки.
    Кричали они, что летит шторм навстречу,
    Огромные волны несутся стеною.
    Плыл парень, не зная, что мать в этот вечер
    Напрасно, быть может, встречать выйдет к морю.

    В глубинах морских, куда взгляд не достанет,
    Две рыбы сошлись в поединке смертельном,
    Метались стремительно по полю брани
    И подняли волны над местом сраженья.
    Дрались не для драки — за приз драгоценный:
    Русалка женой победителю станет.
    Мечи наточили и вышли на сцену,
    Никто не уступит, никто не устанет.
    Один был из южных морей-океанов,
    Неведомых стран властелин безраздельный.
    Другой был владельцем озёрных туманов,
    Болот, родников и ручьёв князь удельный.
    Дрались они крепко, подняли шторм-бурю
    И сонями волны о берег швыряют.
    Когда на дне моря дерётся дурь с дурью,
    Тогда рыбаки в утлых лодках страдают.

    Русалке ж никто из двоих не был нужен,
    В её взгляде не был заметен чувств лучик.
    И пусть кто-то станет из них её мужем,
    Но к сердцу он доступ вовек не получит.
    Не стала она наблюдать за сраженьем,
    Уплыла на берег, на камень холодный.
    Она забавлялась прибоя гуденьем
    И так просидела бы сколько угодно.
    Но видит вдруг, лодка летит меж волнами,
    И днище пробито, и румпель сломался,
    Со штормом разорванными парусами,
    А в лодке рыбак плотно к банке прижался.
    Вдруг видит русалка — то парень красивый,
    Рыбак по рождению, рыцарь душою.
    Ему может море сейчас стать могилой,
    Коль лодку сломает могучей волною.
    И сердце русалки вдруг сильно забилось,
    Она задрожала, в глазах помутнело.
    А море вздымалось, шаталось, резвилось,
    Швырялось волнами, моталось, ревело.
    И треснула лодка, разбита волною,
    И парня накрыли тяжёлые воды,
    И перед русалкой прошли чередою
    Тоскливые дни, одинокие годы.
    Она за любовью своею метнулась,
    В мгновение ока была уже рядом,
    И только лишь к парню она прикоснулась,
    Уже не могла отвести больше взгляда.
    Он стал для русалки всех в мире дороже,
    Судьбу её вмиг изменила стихия.
    Но может русалка разбить свою ношу
    У берега моря о скалы крутые.
    У моря она с мольбой в голосе просит:
    «Прибой, усмирись и утихните, волны!
    Когда влюблена, как любимого бросить?
    Хочу, чтобы жизнью глаза были полны!»
    И море, русалкину просьбу услыша,
    Затихло и стало спокойно, как звёзды.
    Она же, хвост скинув свой, на берег вышла,
    Боясь, что для парня уже будет поздно.
    Но воздух живительный дал ему силы,
    Очнувшись, он тихо спросил неизвестность:
    «Каким же я чудом избегнул могилы
    И кто мне помог избежать неизбежность?
    Всё помню отлично: как я вышел в море,
    Как шторм вдруг начался, как волны хлестали…
    Что ж дальше случилось?.. Не помню я боле…
    О, кто мне помог переплыть эти скалы?
    И сон мне какой-то чудесный приснился:
    Плыла буд-то девушка рядом со мною
    И шторм буд-то об эти скалы не бился…
    Иль то был не сон?.. Кто мне правду откроет?» —
    «Я!» — громко русалка сказала, вставая,
    За камнем она притаилась сначала.
    «Но кто ты, девица, тебя я не знаю?» —
    «И я тебя так же, рыбак мой, не знала,
    Когда увидала в бушующих волнах
    Тебя в утлой лодке, плывущем на гибель.
    И приняло б мягко песчаное лоно,
    Уют и покой обнаружил на дне бы.
    Но я подоспела к тебе, мой спаситель!» —
    «Но кто ты?» — «Русалка.» — «Русалка?! О боже!» —
    «На дне океанском русалок обитель,
    Пора мне…» — «Постой!» — «Мы увидимся позже!..»

    Зовёт грозный царь морской дочь свою к трону:
    «О дочь моя, выбор теперь за тобою:
    Две рыбы дрались по морскому закону —
    Которого ты выбираешь душою?
    Две рыбы дрались, но победы не стало,
    Сильны они оба, богаты и властны.
    Позвал я тебя, что бы ты мне сказала,
    Которого стать ты женою согласна.
    Ответь мне скорее, ответь без обмана,
    Ответь мне в согласии со своим сердцем,
    В мужья ты возмёшь ли озёрного хана,
    На край ли морей уплывёшь с иноземцем?» —
    «Отец, выбор сделала я, как умела,
    И выбор с душой не имеет раздора —
    Себе рыбака я в мужья присмотрела
    И мне не нужны ни моря, ни озёра!» —
    «В мужья — человека?!!» — воскликнул царь бездны.
    «Мы любим друг друга, над сердцем не властны!» —
    «Не стать рыбаку мужем морской царевны,
    Из моря уйти никогда не удастся!
    Не будешь ты жить с человеком счастливо,
    Как бриз настроенья людей переменны.
    А ты, дочь моя, молода и красива…
    Заприте её, слуги, в крепкие стены!»
    Но стража сберечь не сумела в темнице
    Русалку, влекомую страстью на сушу.
    Летела по морю она быстрой птицей,
    Любовь всё сильнее сжигала ей душу.
    Вот встретилась с парнем: «Молчи, мой любимый!
    Послушай: отец мой меня запирает,
    И ты станешь морем отныне гонимый…
    Пусть прошлое в волнах навеки растает!
    Я стану ль женою твоею, рыбак мой?
    С тобою ль земные мои дни прибудут?
    Введёшь ли меня ты хозяйкою в дом свой?
    Забуду я море, меня там забудут…» —
    «Конечно, любимая, вместе с тобою
    Мы жизни свои проведём вечно рядом.
    Глаза твои, милая, полны любовью,
    А больше уже ничего мне не надо.
    Конечно, отныне покинешь ты море
    И царскою дочкой не будешь ты боле,
    Ведь там ты — русалка — в неволе на воле,
    Со мною же будешь на воле в неволе.»
    Они в поцелуе слились воедино,
    Их губы к губам, сердце к сердцу прижаты.
    И звёзды над ними плетут паутину,
    И песни поёт нежно ветер крылатый.

    Наполнена церковь различным народом:
    На свадьбе присутствовать люди желают.
    Какие-то двое теряют свободу,
    Священник и небо любовь их венчают.
    Рыбак и русалка у алтаря вместе,
    И чаша пред ними с водою святою.
    Выходит из вод к жениху и невесте
    Морской император с седой бородою.
    Он смотрит на дочь и печально, и жёстко:
    «Вернись в океан вслед за мною обратно!
    Подумай, опомнись — вернуться не поздно,
    А жизни на суше не будешь ты рада!» —
    «Отец, я решила, и пусть так и будет,
    Сейчас рыбаку я женой верной стану,
    Его я люблю, он меня тоже любит.
    Прощай! И прощай передай океану!» —
    «Ну, раз не указ для тебя моё слово,
    Тебя проклинаю отцовскою волей:
    Пусть будет к тебе твоя жизнь так сурова,
    Чтоб горько рыдала ты над своей долей!»
    Ответили «Да» и рыбак, и русалка,
    И небо их брачный союэ утвердило.
    Но как же жену молодую мне жалко:
    Она для любимого море забыла…

    Минули года. Потускнел блеск счастливый.
    Рыбак стал сердит на жену дорогую.
    Но был, как и прежде, высокий, красивый
    И обнял однажды он тайно другую.
    В семье, вроде, тихо и мирно всё было,
    Русалка была и нежна, и прекрасна
    И мужа она очень сильно любила,
    Но плечи чужие он гладил бесстрастно.
    Глаза затуманились, чувства забылись,
    Измена змеёй заползла в царство счастья.
    И тучи на небе опять заклубились,
    И снова на море бушует ненастье.
    И тут же русалка упала от боли,
    А мужа дождавшись, ему так сказала:
    «Любимый, меня погубил ты невольно.
    Ах, боли сильнее ещё я не знала!
    Проклятье отца надо мною висело…
    Хоть небо и было всегда голубое,
    Хоть солнце так долго любовь нашу грело,
    Пора мне теперь расплатиться с судьбою.
    Прощай, не увидимся мы с тобой боле,
    Меня не ищи, не найдёшь никогда ты!
    Тебя не виню я в своей страшной доле,
    Но наша любовь подкатилась к закату…»
    Сказав так, покрылась она чешуёю,
    В морское чудовище вмиг превратилась,
    Потом подползла в углу к бочке с водою,
    Нырнула и там навсегда растворилась.

    Сидела русалка на камне прибрежном,
    И волосы русые с плеч ниспадали,
    Её ветерок по груди гладил нежно
    И волны ей песнь о любви напевали…

    Марковцев Евгений

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *